Дело №2-5555/2024

        27RS0004-01-2024-006797-95

        Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

    г.Хабаровск                            17 декабря 2024 года

Индустриальный районный суд г.Хабаровска в составе

председательствующего судьи Бондаренко Н.А.,

при секретаре судебного заседания Судник К.Е.,

с участием представителей истца Дудникова А.П., Сырчиной Л.Н., Слепухиной А.Г., Лазаревой Е.С., ответчика Фургала С.И., представителей ответчиков Немчиновой П.С., Степанова Е.А., Шаталовой А.В., Карнюшина В.Д., Титовой Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Генеральной прокуратуры Российской Федерации, действующей в интересах Российской Федерации к Фургалу Сергею Ивановичу, ООО «Алькума», ООО «Амурметалл-Ресурс», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» об обращении в доход Российской Федерации денежных средств, как имущества, полученного из не предусмотренных законом источников.

У С Т А Н О В И Л:

Генеральная прокуратура Российской Федерации, действующая в интересах Российской Федерации, обратилась в суд с иском к Фургалу С.И., ООО «Алькума», ООО «Амурметалл-Ресурс», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» об обращении в доход Российской Федерации денежных средств в размере 8 596 234 308 руб., как имущества, полученного из не предусмотренных законом источников.

В обоснование иска указано, что при осуществлении надзора за расследованием уголовного дела № 12002007706000089 по обвинению бывшего Губернатора Хабаровского края Фургала С.И. и других лиц Генеральной прокуратурой РФ выявлены факты несоблюдения ответчиками установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений. Так, Фургал С.И. в период с 08.12.2007 по 26.09.2018 являлся депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (далее – Государственная Дума) V, VI и VII созывов и одновременно занимал должности члена и заместителя председателя Комитета Государственной Думы по делам Федерации и региональной политике, члена и председателя Комитета Государственной Думы по охране здоровья, первого заместителя председателя Комитета Государственной Думы по Регламенту и организации работы Государственной Думы. 26.09.2018 был избран Губернатором Хабаровского края, прекратив полномочия по указанной должности с 20.07.2020. Занимая указанные должности, Фургал С.И. в нарушении законодательства о противодействии коррупции фактически владел ООО «Алькума», ООО «Амурметалл-Ресурс», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» (далее - общества – ответчики), участвовал в управлении коммерческой деятельности указанных организаций лично или через доверенных лиц, не отражая эту информацию в сведениях о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, предоставляемых им во исполнение требований антикоррупционного законодательства. Он же в период с 2007 – 2020 вопреки установленным запретам и ограничениям производил отчуждение, распределение и передачу долей в уставных капиталах названных обществ подконтрольным ему физическим и юридическим лицам, фактически выступая лицом, выполняющим в этих организациях управленческие, организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, принимал в их интересах ключевые стратегические решения, влекущие юридические и экономические последствия. Кроме того, Фургал С.И. использовал свое служебное положение в государственной должности Российской Федерации и предоставленные ему как Губернатору Хабаровского края полномочия с целью предоставления покровительства находящимся в его фактическом управлении коммерческим структурам. Результатом деятельности обществ-ответчиков под руководством Фургала С.И. стало получение обществами дохода за период с 2008-2019 гг. в размере 8 596 234 308 руб., который фактически являлся доходом Фургала С.И. и который последний не задекларировал и скрыл от контролирующих органов, равно как и скрыл имеющиеся между ним и обществами-ответчиками имущественные отношения и обязательства, что позволило ему совмещать свое должностное положение с коммерческой деятельностью, что является недопустимой формой сращивания бизнеса и власти.

В ходе рассмотрения дела к участию в нем в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Торекс».

В судебном заседании представители истца Дудников А.П., Сырчина Л.Н., Слепухина А.Г., Лазарева Е.С. поддержали заявленные исковые требования, ссылаясь на изложенные в иске обстоятельства. Пояснили, что Фургал С.И., будучи депутатом Государственной Думы и Губернатором Хабаровского края, в нарушение антикоррупционных запретов и ограничений одновременно осуществлял фактическое управление юридическими лицами группы компаний «Торекс», являлся их фактическим руководителем, занимался выводом денежных средств из оборота обществ-ответчиков, получая от указанных обществ в свою пользу денежные средства. В данном случае имеет место незаконное обогащение Фургала С.И. посредством деятельности принадлежащих ему юридических лиц.

Ответчик Фургал С.И., участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, исковые требования не признал, ссылаясь на доводы, приведенные в письменном отзыве и дополнениях к нему. Пояснил, что не являлся учредителем и собственником обществ-ответчиков. Доход от их деятельности не получал и не мог получать ввиду того, что из суммы указанных доходов общества несли расходы, в том числе на оплату налогов и заработную плату.

Представитель ответчика Фургала С.И. - Немчинова П.С. возражала против удовлетворения иска по доводам письменных возражений. Пояснила, что иск содержит декларативные высказывания и вероятностные выводы, не основанные ни на обстоятельствах дела, ни на расчетах. Денежные средства не могут быть предметом взыскания по ст. 235 ГК РФ. По данной статье изъято может быть имущество, а не доходы, на которые это имущество приобретено. Доходы организаций не являются доходами их учредителей, которые вправе получать только чистую прибыль, тем самым сумма взыскиваемых денежных средств рассчитана в разрез законодательству. Нет оснований утверждать, что Фургал С.И. участвовал в незаконной деятельности. Отсутствуют доказательства содействия Фургала С.И. обществам-ответчикам. Источник происхождения доходов юридических лиц не установлен. Информация Росфинмониторинга и протоколы допросов из уголовных дел являются недопустимыми доказательствами. Истец нарушил принцип непосредственности гражданского процесса, использовав материалы уголовного дела.

Представители ответчика ООО «Амурметалл-Ресурс» Карнюшин В.Д., Титова Д.Н., каждый в отдельности, исковые требования не признали, ссылаясь на то, что ООО «Амурметалл-Ресурс» не входило в группу компаний «Торекс», не принадлежало Фургалу С.И., а вело обычную хозяйственную деятельность по добыче и реализации флюсового известняка. Ранее ООО «Амурметалл-Ресурс» входило в имущественный комплекс завода Амурметалл. Основным источником дохода ООО «Амурметалл-Ресурс» в исковой период был договор поставки с ООО «Торекс». Прибыль общества, полученная в 2019 году, не распределялась.

Представители ответчика ООО «Восток Лом» Степанов Е.А., Шаталова А.В., каждый в отдельности, возражали против заявленных требований. Пояснили, что истцом неверно определена сумма исковых требований, так как заявленные суммы дохода не являются прибылью обществ. Между участниками общества распределяются на доходы общества, а его чистая прибыль. С полученных обществом доходов государство получило их часть в виде налогов. Доказательствами по делу не доказано совершение ООО «Восток Лом» коррупционного правонарушения. ООО «Восток Лом» входило в группу компаний «Торекс». Каких-либо привилегий от Фургала С.И. общество не получало.

В судебное заседание представители ответчиков ООО «Алькума», ООО «Аскольд», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» и третьего лица ООО «Торекс» не явились, о времени и месте его проведения извещались надлежащим образом посредством направления судебных извещений почтовой корреспонденцией по адресам места их нахождения. Достоверно зная о нахождении дела в производстве суда, о чем свидетельствуют расписки о получении судебного извещения их законными представителями, в суд своих представителей не направили.

Неявка в судебное заседание является выражением волеизъявления лица, участвующего в деле, и свидетельствует об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, в том числе, предусмотренных статьей 35 Гражданского процессуального кодекса РФ, поэтому не может быть препятствием для рассмотрения судом дела по существу.

Суд, с учетом мнения участников процесса, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей ответчиков и третьего лица.

Выслушав пояснения представителей истца, ответчика, представителей ответчиков, изучив материалы дела, оценив представленные в материалах дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Необходимость борьбы с коррупцией вытекает из основополагающих положений Конституции Российской Федерации, определяющих Российскую Федерацию в качестве правового государства (ч. 1 ст. 1).

Как следует из ст. 1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Закон № 273), акты коррупции посягают на законные интересы общества и государства.

Противодействие коррупционным проявлениям направлено на защиту публичных интересов всего общества и государства, предметом которых выступает обладающее социальной востребованностью общее благо, а не субъективные интересы отдельных участников гражданского оборота.

Публично-правовой характер такой деятельности с очевидностью следует из установленной законом обязанности всех государственных и муниципальных органов, коммерческих и некоммерческих организаций, их должностных лиц противодействовать коррупции (ст. 5, 13.3 Закон № 273). Наряду с этим данная обязанность возложена на институты гражданского общества, а также физических лиц (п. 2 ст. 1). Тем самым законодатель придал ей всеобъемлющий и общеобязательный характер, что свойственно для публично-правовых, а не частно-правовых отношений.

Таким образом, в данном случае не преследуется цель защиты субъективных благ конкретных участников хозяйственного оборота, а реализуется публичная задача по защите основ конституционного строя и правовой демократии от коррупционных проявлений, на которые они посягают (Постановление Конституционного Суда РФ от 10.10.2013 № 20-П).

По этой категории дел прокурор не имеет субъективного интереса, не защищает чье-либо частное право, не преследует экономическую выгоду и не ставит задачи по извлечению дохода. Заявленные им требования направлены на пресечение коррупционных проявлений, то есть защиту нематериальных благ. В рамках же гражданского судопроизводства исследуются обстоятельства происхождения выявленного у должностного лица актива, наличие у него правомерных источников приобретения имущественного благосостояния, а не ведется спор о праве.

В связи с этим Генеральная прокуратура РФ в рамках предоставленных процессуальным законодательством полномочий обратилась с настоящим иском в суд за защитой публичных интересов государства и общества в целом.

Незаконное приобретение должностными лицами личного состояния и сращивание с бизнесом, против чего в данном иске выступает прокурор, наносит ущерб, как отмечено в Конвенции ООН против коррупции (принята 31.10.2003 Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН), демократическим институтам, национальной экономике и правопорядку, порождает угрозы стабильности и безопасности общества, подрывает демократические и этические ценности.

Иными словами, коррупция наносит ущерб тем ценностям, которые статьями 1, 2, 8, 17-19, 21, 751 Конституции Российской Федерации отнесены к числу фундаментальных, неотъемлемых и нематериальных благ.

При этом требования о прекращении права собственности на определенное имущество конкретных лиц в данном случае не могут свидетельствовать о материальном характере спора. Применение указанного юридического последствия не является результатом нарушения ответчиками частноправовых норм, которые устанавливают правила поведения хозяйствующих субъектов в гражданском обороте. В данном случае применяются антикоррупционные нормы, в связи с нарушением публично-правовой обязанности должностного лица не допускать злоупотребления своим служебным положением. Названное юридическое последствие может быть применено только после установления судом состава коррупционного правонарушения, то есть констатации факта отсутствия у должностного лица законного основания для владения коррупционно приобретенным имуществом.

Таким образом, изъятие имущества выступает правовым последствием нарушения должностным лицом законодательства о противодействии коррупции. Разрешение его судьбы вытекает из выводов о наличии в действиях ответчика состава коррупционного правонарушения.

Под самой коррупцией в ст. 1 Закона № 273 понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, даче взятки, получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе за совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица.

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что 08.12.2007 Фургал С.И. избран депутатом Государственной Думы пятого созыва, 09.12.2011 - депутатом Государственной Думы шестого созыва, 23.09.2016 - депутатом Государственной Думы седьмого созыва, занимая указанную должность до 26.09.2018.

Согласно постановлению Государственной Думы (пятого созыва) от 24.12.2007 депутат Фургал С.И. включен в состав Комитета Государственной Думы по делам Федерации и региональной политике. Постановлением Государственной Думы от 16.01.2008 избран заместителем председателя названного комитета.

Постановлением Государственной Думы (шестого созыва) от 21.12.2011 депутат Фургал С.И. включен в состав Комитета Государственной Думы по охране здоровья, избран его председателем Постановлением Государственной Дума от 16.10.2015.

Из постановления Государственной Думы от 05.10.2016 следует, что Фургал С.И. включен в состав Комитета Государственной Думы по охране здоровья. 05.10.2016 избран первым заместителем председателя Комитета Государственной Думы по Регламенту и организации работы Государственной Думы.

При избрании депутатом Государственной Думы седьмого созыва Фургал С.И. давал обязательство о том, что в случае избрания его обязуется прекратить деятельность, несовместимую со статусом депутата Государственной Дума (Т. 13 л.д. 164-165)

26.09.2018 Фургал С.И. был избран Губернатором Хабаровского края, заняв должность высшего должностного лица Хабаровского края и возглавив Правительство Хабаровского края.

Указом Президента Российской Федерации от 20.07.2020 № 473 в связи с утратой доверия Президента Российской Федерации полномочия Фургала С.И. в данной должности прекращены с 20.07.2020.

Правовой статус депутата Государственной Думы закреплен в гл. 5 Конституции Российской Федерации, принятой всенародным голосованием 12.12.1993. Она имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации (ст. 15 Конституции).

Согласно ч. 3 ст. 97 Основного закона в первоначальной редакции депутаты Государственной Думы работают на профессиональной постоянной основе и не могут находиться на государственной службе, заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности.

Аналогичное по своему содержанию положение предусмотрено и в ст. 6 Федерального закона от 08.05.1994 № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 3-ФЗ).

Статья 64 Федерального закона от 21.06.1995 № 90-ФЗ «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», действовавшего в период вступления во властные полномочия ФИО14, обязывала кандидата, избранного депутатом Государственной Думы, в трехдневный срок в письменной форме сообщить в соответствующую избирательную комиссию о сложении с себя обязанностей, не совместимых с данным статусом. Только после сложения указанных обязанностей соответствующая избирательная комиссия проводит регистрацию избранного депутата Государственной Думы.

В случае, если депутат, избранный в результате распределения мандатов по федеральным спискам избирательных объединений, избирательных блоков, не выполнит в трехдневный срок требование о сложении им с себя обязанностей, не совместимых со статусом депутата Государственной Думы, его депутатский мандат передается Центральной избирательной комиссией Российской Федерации кандидату из того же федерального списка в соответствии с его очередностью в этом списке либо в соответствующей региональной группе.

Кроме того, статьей 10 Федерального закона № 3-ФЗ установлена обязанность депутатов Государственной Думы представлять в налоговые органы Российской Федерации декларацию о доходах и сведения об изменении своего имущественного положения одновременно с представлением их в Государственную Думу.

Обязанность лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации, ежегодно представлять сведения о своих доходах и принадлежащем им имуществе предписана также Указом Президента Российской Федерации от 15.05.1997 № 484.

Анализируя названные нормы, Конституционный Суд Российской Федерации отметил (Постановление от 27.12.2012 № 34-П), что замещение депутатского мандата – единственная (помимо преподавательской, научной и иной творческой деятельности) профессиональная оплачиваемая деятельность, которую гражданин Российской Федерации, избранный депутатом Государственной Думы, вправе осуществлять в течение всего периода легислатуры: именно правовой природой депутатского мандата, а также конституционным статусом Федерального Собрания - парламента Российской Федерации как представительного и законодательного органа государственной власти Российской Федерации, действующего самостоятельно и независимо на основе принципа разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10,ч. 1 ст. 11, ст. 94 Конституции Российской Федерации), и, соответственно, природой деятельности депутатов, обязанных полноценно и эффективно участвовать в парламентской деятельности, прежде всего в законотворческом процессе, и одновременно уделять значительное внимание работе с избирателями, обусловлено положение о несовместимости этой деятельности с пребыванием на государственной службе или с занятием другой оплачиваемой деятельностью, за исключением творческой.

Запрет для депутата Государственной Думы замещать иные должности в органах публичной власти и заниматься другой оплачиваемой деятельностью – по его смыслу в системе приведенных норм Конституции Российской Федерации – направлен на обеспечение независимости парламентария при осуществлении возложенных на него полномочий: с одной стороны, ограждая депутатов от неправомерного влияния, которое может быть на них оказано в связи с осуществлением иной, помимо парламентской, оплачиваемой деятельности, а с другой – препятствуя использованию ими своего должностного положения в целях извлечения выгод для себя или иных лиц, он преследует правомерную цель исключить конфликт интересов, гарантировать статус депутата Государственной Думы как представителя всего российского народа, а не отдельных граждан. Данный запрет приобретает особую актуальность в связи с острой необходимостью предотвратить сращивание политической власти и бизнеса как питательную почву для коррупции и других злоупотреблений депутатскими полномочиями, подрывающих принципы юридического равенства и верховенства права и в конечном счете – представляющих угрозу конституционному строю Российской Федерации в целом (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.12.2012 № 34-П).

Гражданин Российской Федерации в случае его избрания в Государственную Думу должен сделать выбор между депутатским мандатом и несовместимой с ним иной должностью (иной оплачиваемой деятельностью) и не вправе принять депутатский мандат, не отказавшись от иной должности (иной оплачиваемой деятельности).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации применительно к различным видам деятельности по отправлению публичных функций, гражданин, добровольно избирая такой род занятий, соглашается с условиями и ограничениями, с которыми связан приобретаемый им правовой статус (Определения от 01.12.1999 № 219-О, от 07.12.2001 № 256-О, от 20.10.2005 № 378-О и от 05.03.2009 № 377-О-О).

Одновременно с этим Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27.12.2012 № 34-П раскрыл понятие «предпринимательская деятельность» в системной взаимосвязи с ограничениями, установленными ст. 97 Конституции РФ, ст. 6 Закона № 3, указав, что право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ч. 1 ст. 34) может реализовываться гражданами в индивидуальном порядке либо совместно с другими лицами, в том числе в качестве учредителей (участников) коммерческой организации. Отсутствие государственной регистрации в качестве предпринимателя само по себе не означает, что деятельность гражданина не может быть квалифицирована в качестве предпринимательской, если по своей сути она фактически является таковой.

Участвуя в гражданском обороте, коммерческая организация преследует извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (п. 1 ст. 50 ГК РФ), т.е. осуществляет предпринимательскую деятельность. В свою очередь основой конституционно-правового статуса участников хозяйственных обществ, в частности, акционеров акционерных обществ - юридических лиц, а также физических лиц, в том числе не являющихся предпринимателями, служит право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, которое реализуется через владение акциями, удостоверяющими обязательственные права ее владельца по отношению к акционерному обществу. При этом деятельность акционеров по общему правилу не является предпринимательской - предпринимательскую деятельность осуществляют не акционеры как таковые, а само акционерное общество.

Однако, как указывает Конституционный Суд РФ, в тех случаях, когда депутат Государственной Думы фактически лично участвует в осуществлении предпринимательской деятельности коммерческой организацией или способствует ей (независимо от того, является он учредителем либо участником такой организации или нет), он, по сути, действуя в интересах этой коммерческой организации, осуществляет деятельность, недопустимую для лица, наделенного статусом депутата Государственной Думы. Вхождение в состав органов управления хозяйственного общества или иной коммерческой организации и участие в работе высшего органа управления хозяйственным обществом - общего собрания, на котором принимаются решения по поводу осуществления предпринимательской деятельности, безусловно, является видом экономической деятельности, поскольку связано с участием в управлении деятельностью соответствующей коммерческой организации, которая по своей природе относится к предпринимательской деятельности. Следовательно, во избежание нарушения запрета, вытекающего из ст. 97 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, депутат Государственной Думы не вправе входить в состав органов управления любой коммерческой организации, в том числе участвовать в работе общего собрания хозяйственного общества.

Совмещение мандата депутата Государственной Думы с деятельностью по управлению хозяйственным обществом или иной коммерческой организацией нарушает баланс конституционно защищаемых ценностей и в случаях, когда эта деятельность осуществляется без вхождения в состав органа управления коммерческой организации или участия в работе общего собрания хозяйственного общества. Установление таких - неформальных - свидетельств фактического участия лица, имеющего статус депутата Государственной Думы, в руководстве деятельностью коммерческой организации должно производиться с учетом всех имеющих значение обстоятельств (п. 4.3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27.12.2012 № 34-П).

Таким образом, исходя из толкования норм права Конституционным Судом РФ, положения ст. 97 Конституции РФ и ст. 6 Федерального закона № 3-ФЗ в редакциях, действовавших в период замещения Фургалом С.И. депутатских полномочий и полномочий Губернатора Хабаровского края, запрещали осуществление им как народным избранником предпринимательской деятельности, которая может выражаться, в том числе в участии и управлении коммерческими организациями. Функции парламентария подлежат осуществлению на профессиональной основе, а совмещение их с иной оплачиваемой деятельностью влечет нарушение Основного закона, имеющего прямое действие.

Названные запреты введены законодателем для охраны государства от злоупотреблений и криминализации публичной власти, легитимность которой во многом основывается на доверии общества. Создавая соответствующие правовые механизмы, федеральный законодатель установил повышенные требования к репутации лиц, занимающих публичные должности, с тем, чтобы у граждан не рождались сомнения в их морально-этических и нравственных качествах и, соответственно, в законности и бескорыстности их действий как носителей публичной власти (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2013 № 20-П).

О единых законодательных подходах и правовой природе антикоррупционных запретов, установленных для парламентариев и государственных служащих, также высказался Конституционный Суд Российской Федерации. В Постановлении от 27.12.2012 № 34-П он отметил, что определяющая в порядке конкретизации предписаний ст. 97 (ч. 3) Конституции Российской Федерации условия осуществления членом Совета Федерации, депутатом Государственной Думы своих полномочий статья 6 Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» устанавливает для парламентариев ряд запретов, которые во многом аналогичны предусмотренным для лиц, замещающих государственные должности, муниципальные должности, должности государственной и муниципальной службы, т.е. связаны с особым публичным статусом указанных лиц и направлены на создание условий, не допускающих возможных злоупотреблений с их стороны при осуществлении публичной власти.

Таким образом, на Фургала С.И. в 2008-2019 годах в силу возложенных полномочий представителя высшего законодательного органа РФ и высшего должностного лица исполнительной власти Хабаровского края распространялись запреты и ограничения, направленные на пресечение коррупционных проявлений. Их соблюдение требовало от последнего отказа от осуществления предпринимательской и другой оплачиваемой деятельности, участия в управлении хозяйственными обществами или иными коммерческими организациями, получения от их деятельности не предусмотренного законодательством Российской Федерации вознаграждения.

Вместе с тем, из представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств следует, что приведенные требования Фургал С.И. не соблюдал.

Должности губернатора, а также члена, председателя, заместителя председателя Комитета Государственной Думы отнесены к государственным должностям Российской Федерации и включены в Сводный перечень таких должностей, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 11.01.1995№ 32.

Порядок представления федеральными государственными служащими сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера определен Положением, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 18.05.2009 № 558.

Соответствующие сведения представляются по форме справки о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера (далее – декларация, справка о доходах), утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 23.06.2014 № 460.

Согласно разделу 1 ежегодно составляемых справок о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера Фургал С.И. задекларировал свой доход в виде заработной платы, дохода от процентов по вкладу, и от продажи имущества за период с 2009 по 2019 на общую сумму 56 630 574,37 руб., из которых за 2009 г. – 1 960 149 руб., за 2010 г. –1 961 840 руб., за 2011 г. – 3 562 659 руб., за 2012 г. – 2 290 825 руб., за 2013 г. – 14 477 235 руб., за 2014 г. – 3 882 997,23 руб., за 2015 г. – 4 735 560 руб., за 2016 г. – 4 946 050,81 руб., за 2017 г. – 4 655 269,32 руб., за 2018 г. – 5 465 355,07 руб., за 2019 г. – 8 692 633,94 руб..

В качестве дохода, полученного в обозначенный период супругой ФИО16, работающей в должности генерального директора ООО «Сталком», Фургал С.И. указал сумму в размере 3 454 105,93 руб.: за 2009 г. –115 200 руб., за 2010 г. – 142 200 руб.; за 2011 г. – 180 000 руб.; за 2012 г. – 180 000 руб.; за 2013 г. – 180 000 руб.; за 2014 г. – 189 000 руб.; за 2015 г. – 189 000 руб.; за 2016 г. – 200 700 руб.; за 2017 г. – 465 000 руб., за 2018 г. – 735 351,71 руб., за 2019 г. – 877 954,22 руб.

Несовершеннолетний сын Фургала С.И. – ФИО15, 2020 г.р., задекларированных доходов и имущества в указанный период не имел.

В разделе 5 справок о доходах за 2009 – 2019 г.г. Фургал С.И. задекларировал владение долями в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью:

в 2009г. - ООО «Алькума» – 43,75 %, ООО «Миф-ДВ» – 50 %, ООО «Дальпромснаб» – 50 %, ООО «Опт-Регион» – 50 %, ООО «Модерн-сити» – 16,5 %;

за 2010 - 2016 г.г. – не указывал участие в уставных капиталах организаций,

за 2017 г. – ООО «Алькума» - 25 %, ООО «Дальпромснаб» - 25%, ФИО16 собственником 25 % долей в уставных капиталах ООО «Управляющая компания «Амурсталь», ООО «Торэкс-Хабаровск», ООО «Торэкс», ООО «Сталком», а также 50 % долей в ООО «Диалог»;

за 2018 г. – ООО «Алькума» - 25 %, ООО «Дальпромснаб» - 25%, ФИО16 собственником 25 % долей в уставных капиталах ООО «Управляющая компания «Амурсталь», ООО «Торэкс-Хабаровск», ООО «Торэкс», ООО «Сталком»;

за 2019 г. – ООО «Алькума» - 25 %, ООО «Дальпромснаб» - 25%, ФИО16 – собственником 25 % долей в уставных капиталах ООО «Управляющая компания «Амурсталь», ООО «Торэкс-Хабаровск», ООО «Торэкс», ООО «Сталком», а также 50 % долей в ООО «Диалог».

Обладание долями и акциями иных коммерческих организаций и участие в них им как депутатом и Губернатором Хабаровского края, а также его супругой не декларировалось.

В разделах 2,3 справок о доходах за 2009 -2019 г.г. отражены сведения о находящихся в собственности Фургала С.И. и его супруги недвижимом и движимом имуществе, обстоятельства возникновения которого судом не рассматриваются и предметом заявленных требований не являются.

Изучение названных документов и их сопоставление с иными материалами дела дает суду основания для вывода о том, что вышеописанные справки о доходах не содержали исчерпывающей информации об имущественном положении Фургала С.И. как государственного служащего. Установлено, что в соответствующих разделах справок сведения об участии Фургала С.И. в период с 2008 по 2019 г.г. в иных коммерческих организациях, а также о прочих обязательствах имущественного характера не отражались, декларируемые сведения не содержали полной и достоверной информации об его имущественном положении.

Из пояснений представителей Генеральной прокуратуры РФ в судебном заседании следует, что Фургал С.И. после своего избрания депутатом Государственной Думы занимался предпринимательской деятельностью, в том числе через доверенных лиц, являлся совладельцем и управлял хозяйственными обществами, входящими в так называемую группу предприятий «Торекс», в том числе обществ-ответчиков. Через названные компании он занимался деятельностью по покупке и реализации на внутренний и внешний рынок лома черных металлов, от которой получал непредусмотренный законом и явно превышающий его официальный заработок доход, скрывал свое участие в 2008- 2019 г.г. в деятельности обществ-ответчиков, не сообщал об обязательствах имущественного характера, связывающих его с указанными коммерческими организациями. При этом получаемый Фургалом С.И. доход от деятельности обществ-ответчиков формировался из денежных средств, выведенных из оборота названных компаний. Указанной деятельностью он продолжил заниматься и после избрания его Губернатором Хабаровского края.

Приведенные пояснения представителей истца согласуются с имеющимися в материалах дела и исследованными судом протоколами допроса ФИО19, ФИО68, ФИО17, ФИО18, ФИО20, ФИО25, ФИО53 и других лиц, заключением Росфинмониторинга России, результатами оперативно-розыскной деятельности Управления ФСБ России по Хабаровскому краю от 30.09.2024.

Согласно протоколам допроса ФИО19 от 25.11.2020, 21.06.2021, от 19.10.2021 к 2006 г. сформировалась группа металлозаготовительных компаний, получившая впоследствии наименование группа компаний «Торекс», в которую входили в числе прочих ООО «Дальпромснаб», ООО «Сталком», ООО Алькума», с 2007 г. – ООО «Торекс», 50 % доли в уставных капиталах которых находились в собственности у него (ФИО19) и Фургала С.И.. Состав юридических лиц группы компаний периодически изменялся. После избрания Фургала С.И. в декабре 2007г. депутатом Государственной Думы РФ последний продолжил вести металлозаготовительный бизнес на территории Хабаровского края, фактически выполняя роль основного руководителя всех компаний, полностью его администрировал и управлял им, принимая ключевые решения по вопросам распределения дохода от бизнеса, кадровым вопросам, контролировал их исполнение. Он (ФИО19) в выстроенной Фургалом С.И. системе управления стал его представителем, значимые решения принимать не мог, фактически только доводил решения Фургала С.И. до исполнителей. Фургал С.И. взял на себя обязательства покровительствовать как депутат Государственной Думы группе компаний «Торэкс», используя при необходимости свой статус и полномочия в интересах юридических лиц группы, поручался перед третьими лицами своим авторитетом. Для обеспечения неприкосновенности офисных помещений группы компаний от любых оперативно-розыскных мероприятий, следственных и контрольных действий в офисном помещении ООО «Торекс» по адресу: г.Хабаровск, ул. Проспект 60-лет Октября, д.12 была размещена табличка о нахождении депутатской общественной приемной. Поскольку Фургал С.И. являлся депутатом Государственной Думы РФ и на него распространялись ограничения антикоррупционного законодательства, то в 2010-2011 г.г. доли Фургала С.И. в уставных капиталах обществ были переоформлены на ФИО16, которая фактически своего участия в деятельности организаций не принимала. С 2016 г. Фургал С.И. занимался вопросами приобретения завода «Амурсталь», который был запущен в работу летом 2017г.. Формированием команды управленцев завода занимался Фургал С.И. лично. Завод и компании группы «Торэкс» работали неразрывно, взаимодействовали между собой как участники единой группы компаний и по поручению Фургала С.И. находились под администрированием подчиненных и доверенных Фургалу С.И. лиц - ФИО20 и ФИО19, ФИО25, ФИО17. Директор ООО «Торекс» ФИО31 являлся номинальным, фактически работой не занимался, обществом руководил ФИО20. Фургал С.И. распоряжался оборотными средствами группы компаний «Торэкс» и завода «Амурсталь» без контроля как своими собственными.

Показания ФИО19, данные в названных протоколах допроса, подтверждаются протоколами допросов ФИО68 от 01.10.2020, 01.03.2021, 20.08.2021, 23.08.2021, согласно которым он познакомился с Фургалом С.И. в 2016-2017 г.г., как с потенциальным инвестором находящегося в стадии банкротства завода «Амурсталь». В декабре 2017 г. он был назначен гендиректором завода. В 2017 – 2018 г.г. проходили встречи, связанные с деятельностью завода, на которых Фургал С.И. присутствовал как совладелец завода «Амурсталь». На одной из таких встреч в январе 2018 г. он познакомился с ФИО19 и ему стало известно, что Фургал С.И. и ФИО19 совместно владеют группой компаний «Торекс», которая поставляет металлолом на завод. По документам соучредителем завода была ФИО16, но к управлению она никакого отношения не имела, так как все знали, что за ней стоит Фургал С.И.. Фактически единолично заводом управлял Фургал С.И., имеющий полный контроль над заводом, в подчинении его находился весь персонал. Он давал указания лично на совещаниях, по телефону, а также через своих доверенных лиц: ФИО19 и ФИО20 Фургал С.И. открыто использовал свой депутатский статус для получения преференций своему бизнесу. Так, он решал вопросы с правоохранительными и контролирующими органами, выходил на связь с собственниками и руководителями банков. После избрания Фургала С.И. Губернатором Хабаровского края, его руководство бизнесом стало скрытным, через ФИО19 и ФИО20. Единственным сырьем для завода является металлолом, а его поставки контролировал Фургал С.И.. Завод «Амурсталь» использовался Фургалом С.И. не как самостоятельный субъект, а в своих собственных интересах и в интересах своего металлозаготовительного бизнеса. Такое использование завода выражалось в том, что компании группы «Торекс» стали эксклюзивными поставщиками сырья (металлолома, электродов, ферросплавов, оборудования) на завод, а также эксклюзивными продавцами его продукции как на внутреннем, так и на внешнем рынке. Вся выручка от коммерческой деятельности завода и компаний группы «Торекс» была сконцентрирована не на заводе, а на этих компаниях. Это позволяло Фургалу С.И. беспрепятственно расходовать полученные средства в своих интересах, выводить их и обналичивать. Фургал С.И. выкачивал из завода денежные средства, направлял в свои компании и там уже ими самостоятельно распоряжался: часть направлял обратно в производство, а часть обналичивал и выводил из оборота. Из обналиченных и выведенных из оборота компаний группы «Торекс» денежных средств Фургал С.И. и члены его команды получали неофициальное вознаграждение.

Аналогичные обстоятельства о нахождении обществ-ответчиков в собственности и под управлением Фургала С.И., выведении денежных средств из оборота данных организаций следуют и из протоколов допроса ФИО17 от 20.09.2020, 25.09.2020, 16.01.2021, согласно которым он с 2017 г. по 11.02.2020 был трудоустроен в ООО «Торекс» и ему известно, что в группу компаний «Торекс» помимо ООО «Торекс» и ООО «Торекс-Хабаровск» входили ООО «Алькума», ООО «Дальпромснаб», ООО «Сталком», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Строитель», ООО «Скрап Фар Ист», которые объединились в названную группу на основании того, что их учредителями являлись одни и те же лица: ФИО19 и ФИО16 либо их родственники, а также нахождением органов управления в одном месте – в офисе ООО «Торекс» Все эти организации осуществляли совместную хозяйственную деятельность, были связаны экономическими взаимосвязями. Группа компаний «Торекс» была представлена ООО «Торекс-Хабаровск», осуществляющим переработку и производство металлопродукции, а поставщиками металлолома для ее изготовления и ее продавцами являлись ООО «Торекс», ООО «Алькума», ООО «Дальпромснаб», ООО «Сталком», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Строитель», ООО «Скрап Фар Ист». Директорами указанных организаций являлись лица, которые не имели хозяйственной самостоятельности и фактически не могли самостоятельно принимать решения как единоличный исполнительный орган. У всех названных компаний осуществлялся бухгалтерский и налоговый учет одними и теми же бухгалтерами, которые находились в подчинении ФИО25. Управление юридическими лицами, входящими в группу компаний «Торекс», осуществлял Фургал С.И., являясь депутатом Государственной Думы РФ и впоследствии Губернатором Хабаровского края, через доверенных лиц - ФИО16, ФИО19 и ФИО20. Он определял направления их финансово-хозяйственной деятельности и распоряжения средствами, давая соответствующие поручения ФИО20 и ФИО19. Фургал С.И. был прямо заинтересован в результатах финансово- хозяйственной деятельности группы компаний «Торекс». Он с использованием своих полномочий сначала депутата Государственной Думы РФ, а затем Губернатора Хабаровского края покровительствовал и предоставлял им преимущества в ведении предпринимательской деятельности путем переговоров с представителями банков о предоставлении кредитного финансирования, предоставления гарантий Хабаровского края по этим кредитам, лоббирования принятия Правительством РФ решения о запрете вывоза металлолома через большинство таможенных постов на Дальнем Востоке. Часть организаций, входящий в группу компаний «Торекс», являлись техническими, использовались для формальных внутригрупповых перегонок денежных средств, находящихся в обороте, а также для их вывода из оборота под видом закупки «бумажного» металлолома у физических лиц. ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп» фактически вели свою деятельность только на бумаге, поскольку на участках, под которые ими были получены лицензии, фактически осуществляли деятельность другие компании группы, такие как ООО «Торекс», ООО «Сталком», позже ООО «Строитель», ООО «Скрап Фар Ист». При этом ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп» имели на каждый виртуально оформленный участок кассовые аппараты, посредством которых осуществлялся вывод средств из оборота указанных компаний и группы компаний в целом, путем пробития чеков с целью формирования фиктивного документооборота, создающего видимость расходования обналиченных ранее денежных средств на закупку металололома у физических лиц.

Согласно исследованным показаниям ФИО25 (протоколы допроса от 12.07.2021) она с 2007 г. была трудоустроена в ООО «Торекс» главным бухгалтером. Одним из собственников ООО «Торекс» являлся Фургал С.И., который им владел через свою супругу ФИО16 Помимо ООО «Торекс» Фургал С.И. владел иными компаниями – ООО «ПК «Хабаровскметаллторг», ООО «Сталком», ООО «Миф ДВ», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО Строитель», ООО «Скрап Фар Ист», ООО «Дальпромснаб», ООО «Алькума». Все указанные предприятия занимались деятельностью, связанной с закупкой, транспортировкой, перепродажей лома черных металлов, и были подконтрольны его собственникам, в том числе Фургалу С.И., которые осуществляли фактическое управление указанными организациями и являлись конечными бенефициарами. После приобретения Фургалом С.И. завода «Амурсталь» указанные общества были объединены банком (АО Банк Восточный») условно в группу компаний «Торекс» и имели тесные экономические связи с заводом (ООО «Торекс-Хабаровск»). Генеральными директорами указанных организаций являлись лица, находящиеся в зависимости от собственников, в том числе Фургала С.И., хозяйственной самостоятельности в принятии решений не имели.

Протоколы допросов ФИО19, ФИО68, ФИО17, ФИО25, в части принадлежности и подконтрольности обществ – ответчиков Фургалу С.И., их нахождения в группе компаний «Торекс», суд в соответствии со ст. 59,60 ГПК РФ оценивает как относимые и допустимые доказательства, поскольку они имеют значение для разрешения дела и подтверждаются:

- протоколами допроса ФИО20 от 29.09.2020, 06.10.2020, 08.10.2020, 02.11.2020, 17.12.2020, согласно которым с весны 2008 г. он работал в ООО «Торекс» юристом, однако фактически выполнял поручения, связанные с управлением хозяйственной деятельностью ООО «Торекс» и иных компаний, осуществляющих хозяйственную деятельность в сфере металлозаготовки, переработки лома черных металлов и его продажи и находящихся в управлении ФИО19 и Фургала С.И.. Последнего он воспринимал как собственника металлозаготовительного бизнеса, поскольку он принимал участие в управлении хозяйственной деятельностью ООО «Торекс» и иных компаний, осуществляющих хозяйственную деятельность в сфере металлозаготовки – ООО «Сталком», ООО «Дальпромснаб», ООО Алькума». Юридически собственником указанных организаций являлась ФИО16, но она решений по вопросам осуществления финансово-хозяйственной деятельности не принимала. Подконтрольными Фургалу С.И. юридическими лицами являлись – ООО «Миф ДВ» (ООО «Восток Лом»), ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО Строитель», ООО «Скрап Фар Ист» и другие организации. Все ключевые решения по финансово-хозяйственной деятельности принимались Фургалом С.И. и ФИО19 ФИО19 являлся распорядителем Фургала С.И., передавал его указания всем сотрудникам, выполняющим управленческие функции в группе компаний «Торекс» - ему, ФИО71, ФИО25, ФИО72, ФИО17. Учредителями и генеральными директорами указанных организаций являлись лица, находящиеся в подчинении или зависимости от Фургала С.И. и ФИО19. Решения Фургала С.И. он доводил до руководства предприятий. С момента задержания ФИО19, то есть с 18.11.2019 Фургал С.И. стал единолично осуществлять контроль за хозяйственной деятельностью группы компаний. Решения о расходовании денежных средств, в том числе снятия с расчетных счетов указанных компаний, принимались Фургалом С.И., сообщались ему, а он уже их доводил до ФИО25, которая их исполняла.

- протоколами допроса ФИО53 от 16.09.2020, 03.12.2020, 26.01.2021, 12.04.2021, 29.06.2021, из которых следует, что он с 2007 г. был генеральным директором ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», а с 2014г. – коммерческим директором ООО «Торекс». Указанные организации, а также ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО Строитель», ООО «Скрап Фар Ист», ООО «Восток-Лом» (бывшая – ООО «Миф ДВ»), ООО «Аскольд» и другие юридические лица входили в условную группу «Торекс» и осуществляли деятельность по приемке и заготовке металлолома. Фактическими владельцами указанных организаций являлись ФИО19 и Фургал С.И. через ФИО16. Юридические лица, входящие в группу «Торекс» контролировались Фургалом С.И. и ФИО20 Генеральные директора указанных организаций являлись номинальными, не обладали хозяйственной самостоятельностью в принятии решений и находились в материальной и служебной зависимости от Фургала С.И., ФИО73. и ФИО20. Бухгалтерия всех названных организаций находилась в офисном здании ООО «Торекс».

- протоколом допроса ФИО21 от 18.01.2023, который пояснил, что ООО «Трансконтейнергрупп» входило в группу компаний «Торекс» и фактическое руководство ею осуществлял Фургал С.И. с помощью ФИО20. Все управленческие решения по деятельности этой компании принимались Фургалом С.И. через ФИО20, как представителя фактического собственника группы компаний «Торекс» Фургала С.И..

- протоколами допроса ФИО22 от 23.06.2020, из которого следует, что ООО «Дальпромснаб», ООО «Алькума» являлись организациями, подконтрольными Фургалу С.И.. Их руководство осуществлялось ФИО20, который подчинялся Фургалу С.И., называя его шефом.

- протоколом допроса ФИО23 от 16.09.2020, согласно которому ООО «Скрап Фар Ист» имело тесные экономические связи с ООО «Торекс», ООО «Восток Лом», ООО «Строитель», ООО Сталком». Вся деятельность указанных организаций была направлена на сбор металлолома, его переработку заводом Амурсталь (ООО «Торес-Хабаровск») и последующую продажу готовой продукции как на внутреннем рынке, так и на экспорт. ООО «Торекс» было головной организацией, на которую были увязаны остальные организации и под контролем которой осуществлялась деятельность остальных организаций по сбору и          переработке металлолома и продаже готовой продукции. Владельцем (учредителем) ООО «Торекс» и подконтрольных ему организаций являлся Фургал С.И..

-протоколом допроса начальника участка ООО «Торекс» ФИО24 от 16.07.2020, в котором последний пояснил, что в период с 2004 г по 2020 г. ООО «Миф ДВ», ООО «ПК Хабаровскметаллторг», ООО «Сталком», ООО «Алькума», ООО Дальпромснаб», ООО «Торекс», ООО Строитель», ООО «Скрап Фар Ист» осуществляли деятельность по приемке и последующей реализации лома черных и цветных металлов на территории Хабаровского и Приморского краев, Амурской области. Собственниками указанных компаний являлись Фургал С.И. и ФИО19. Все указанные компании фактически располагались в одном административном здании по адресу: г.Хабаровск, проспект 60-лет октября, 12 (офис ООО «Торекс»). Главным бухгалтером указанных компаний была ФИО25. Назначенные в каждой из названных компаний директора не являлись самостоятельными. Решения о заключении договоров, совершении сделок, распоряжении денежными средствами общества принимались учредителями, в том числе Фургалом С.И., которые доводились до подчиненных через ФИО20.

-протоколом допроса ФИО26 от 09.10.2020, работавшей с февраля 2017г. бухгалтером в ООО «Торекс», которая пояснила, что фактическим хозяином ООО «Торекс» и группы компаний «Торекс» являлся Фургал С.И.. В группу компаний «Торекс» входили ООО «Миф ДВ», ООО «Сталком», ООО «Алькума», ООО Дальпромснаб», ООО «Аскольд», ООО Строитель», ООО «Скрап Фар Ист». Руководство компаниями осуществлял ФИО20. В ее присутствии летом 2017 г. Фургал С.И. председательствовал на совещании по рабочим моментам и вопросу оформления приемно-сдаточных актов при закупке металлолома у поставщиков.

Обстоятельства осуществления Фургалом С.И. в период замещения государственных должностей коммерческой деятельности, управления и контроля обществами-ответчиками раскрывают в своих показаниях также ФИО27 в протоколе допроса от 06.11.2020, ФИО28 в протоколе допроса от 28.09.2020. Согласно данным показаниям Фургал С.И. определял стратегию совместного бизнеса, осуществлял оперативное управление бизнесом, принимал участие в переговорах для привлечения кредитного финансирования на ООО «Торекс». С марта по сентябрь 2019 г. Фургал С.И. вел переговоры по купле-продаже доли ФИО27 в ООО «Торекс-Хабаровск».

Отсутствие у генеральных директоров и учредителей обществ-ответчиков, а также иных организаций, входящих в группу «Торекс», хозяйственной самостоятельности при принятии управленческих решений по деятельности обществ, их номинальность и полное подчинение Фургалу С.И., в том числе через ФИО20 и ФИО19, подтверждается показаниями ФИО53 (протокол допроса от 12.04.2021), который пояснял, что был генеральным директором ООО «ПК «Хабаровскметаллторг» с 2012 по 2018 г.г., однако фактически исполнял решения Фургала С.И.; ФИО29 (протокол допроса от 08.10.2020), который пояснил об обстоятельствах того, как он стал учредителем ООО «ПК «Хабаровскметаллторг»; ФИО51 (протокол допроса от 30.12.2020), ФИО30 (протокол допроса от 12.11.2021), который пояснил, что был номинальным директором ООО «Миф-ДВ» с 2008 по 2013 г., а также номинальным учредителем ООО «Трансконтейнергрупп» с 2009 по настоящее время; ФИО31 (протокол допроса от 01.03.2021), который пояснил о том, что является генеральным директором ООО «Торекс» с 2007 г. по настоящее время, фактически выполняя распоряжения Фургала С.И. и ФИО19; ФИО63 (протокол допроса от 13.04.2021), которая поясняла о том, что ФИО31 являлся номинальным директором ООО «Торекс»; ФИО16 (протоколы допросов от 25.12.2020, 24.02.2021, 04.10.2021, 10.11.2021), которая подтвердила, что передача ей долей в общем бизнесе с ФИО19 была формальной, поскольку она реального участия в деятельности металлозаготовительных и иных компаниях, доли которых были переоформлены на нее от Фургала С.И., не принимала; ФИО21 (протоколы допроса от 16.12.2020, 18.01.2023), который подтвердил номинальность своего руководства ООО «Трансконтейнергрупп» с 2015 г.; ФИО22 (протокол допроса от 23.07.2020), согласно показаниям которого он являлся номинальным директором ООО «Строитель».; ФИО23 (протокол допроса от 16.09.2020), пояснившего, что он являлся учредителем ООО «Скрап Фар Ист» только по документам, указания по деятельности получал от Фургала С.И. через ФИО20; ФИО55 (протокол допроса от 10.09.2020), который пояснил, что по указанию ФИО19 в 2018 г. на него были переоформлены доли Фургала С.И. и ФИО19 в ООО «ПК «Хабаровскметаллторг» и он был назначен генеральным директором данного общества. Однако данные должность он занимал формально, не имея полной самостоятельности в принятии решений.

В соответствии со ст.ст. 59, 60, 67 ГПК РФ суд оценивает вышеприведенные протоколы допросов как относимые и допустимые доказательства, поскольку они отвечают требованиям закона и имеют значение для разрешения дела. Оснований сомневаться в достоверности полученных от допрошенных лиц сведений у суда не имеется. Они носят последовательный и не противоречивый характер. Более того, суд учитывает, что каждый свидетель длительное время находился в подчинении Фургала С.И., состоял с ним либо с его доверенными лицами (ФИО19) в родственных, либо в коммерческих отношениях, непосредственно участвовал в рассматриваемых судом событиях, в связи с чем лично осведомлен о важных для дела обстоятельствах.

Доводы ответчика Фургала С.И. и его представителя о признании недостоверными протоколов допросов ФИО19, ФИО32, ФИО33 и иных лиц по уголовному делу суд отклоняет как бездоказательственные и в соответствии со ст. 59,60 ГПК РФ оценивает их как относимые и допустимые, поскольку они имеют значение для разрешения дела и согласуются между собой.

Показания названных лиц в их совокупности опровергают позицию ответчиков и указывают на то, что Фургал С.И., несмотря на занимаемые им должности и возложенные на него ограничения, имел непредусмотренные законом источники дохода от предпринимательской деятельности обществ-ответчиков, занимаясь организацией и управлением их работы и извлечением от данной деятельности дохода.

Совокупность приведенных доказательств убеждает суд в привлечении Фургалом С.И. доверенных лиц – ФИО20 и ФИО19 к владению обществами-ответчиками, деятельностью которых в исковой период он руководил лично.

При этом протоколами допросов подтверждается, что Фургал С.И. скрывал от обществ и контролирующих органов свою вовлеченность в деятельность обществ-ответчиков и участие в принятии касающихся этих предприятий организационных, административных, кадровых, производственных, финансовых и других управленческих решений.

С учетом этого он регистрировал свои права на доли в указанных обществах на подконтрольных ему лиц, в т.ч. ООО «Скрап Фар Ист», ФИО16, ФИО53, ФИО19, ФИО55 и других, а затем через них управлял деятельностью обществ -ответчиков.

Ответчики, в свою очередь, не представили доказательств того, что ООО «Амурметалл-Ресурс», ООО «Алькума», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» учреждены по воле и действовали в интересах указанных в их учредительных документах учредителей – ООО «Скрап Фар Ист», ФИО53, ФИО16, ФИО19, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО21, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО22, ФИО18, ФИО40, ФИО41, ФИО51, ФИО23, ФИО42, ФИО20, ФИО55, ФИО29, ФИО62, ФИО64, ФИО30, ФИО63, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46 (ранее – ФИО47), ФИО25, ФИО48, ФИО49.

Таким образом, судом установлено, что Фургал С.И., приступив с 24.12.2007 к исполнению обязанностей депутата Государственной Думы РФ, а затем с 28.09.2018 – Губернатора Хабаровского края, вопреки антикоррупционным запретам лично участвовал в коммерческой деятельности обществ-ответчиков, фактически руководил их деятельностью, вел финансово-хозяйственные расчеты и принимал стратегические решения. В целях скрытого и опосредованного владения и управления принадлежащими ему долями в уставных капиталах обществ-ответчиков, принимал решения об их оформлении на физических лиц и юридических лиц, выступающих номинальными учредителями.

Показаниями ФИО50, приведенными в протоколе допроса от 20.01.2023, подтверждается, что договоры доверительного управления долей в уставном капитале ООО «Торекс», ООО «Торекс-Хабаровск», ООО УК «Амурсталь», ООО «Сталком», ООО «Алькума», ООО «Дальпромснаб» от 30.09.2018 были заключены после того, как Фургал С.И. был избран Губернатором Хабаровского края, для того, чтобы скрыть факт своего участия в управлении компаниями группы «Торекс» и снять тем самым возможные претензии к себе со стороны правоохранительных и надзорных органов. Фактически данные договоры не исполнялись и Фургал С.И. остался фактическим владельцем данных компаний и продолжил руководить группой компаний «Торекс», в том числе обществами-ответчиками, с помощью ФИО20. ООО Скрап Фар Ист» являлось подконтрольным Фургалу С.И., его директор ФИО51 был номинальным директором, тем самым Фургал С.И. передал управление долями подконтрольных себе компаний другой подконтрольной себе компании.

Указанные показания ФИО50 о мнимом характере заключенных Фургалом С.И. и ФИО16 договоров доверительного управления долей в уставных капиталах обществ, согласующиеся с иными материалами дела, в том числе протоколом допроса ФИО51 от 14.09.2020, ФИО52 от 16.09.2020, судом принимаются как достоверные и допустимые доказательства, а доводы Фургала С.И. и его представителя о правомерной передаче долей в уставных капиталах обществ в доверительное управление суд отвергает как недостоверные, так как в судебном заседании установлено, что указанные договоры были заключены для видимости без возникновения правовых последствий.

После избрания депутатом Государственной Думы РФ, а затем Губернатором Хабаровского края Фургал С.И. опосредовал свою связь с обществами-ответчиками путем привлечения доверенных ему лиц, которым он номинально передал доли в обществах и функции по управлению ими. Но в реальности, как следует из протоколов допросов ФИО19, ФИО20, ФИО25. ФИО17, ФИО19, Фургал С.И. продолжал оставаться фактическим собственником и руководителем обществ-ответчиков, указания и поручения которого доводились до подчиненных через ФИО19 и ФИО20.

Более того, из вышеприведенных доказательств, а именно показаний ФИО19, ФИО17, ФИО53, ФИО25, ФИО68 следует, что договоры поставки лома, сырья, передачи имущества, аренды между подконтрольными Фургалу С.И. обществами-ответчиками, а также с иными организациями, входящих в группу «Торекс» - ООО «Торекс», договоры о передаче долей в уставных капиталах обществ-ответчиков доверенным Фургалу С.И. лицам, а также кредитные договоры с банковскими организациями заключались по указанию Фургала С.И.. Эти действия Фургала С.И. суд на основании положений ст. 10 Федерального закона «О противодействии коррупции» № 273-ФЗ оценивает как доказательство: 1) наличия у него прямой личной заинтересованности в коммерческой деятельности обществ-ответчиков, номинальными руководителями и участниками которых являлись доверенные и подконтрольные ему лица (ФИО16, ФИО25, ФИО53, ФИО21, ФИО54, ФИО55 и другие); 2) использования им в интересах собственного бизнеса своего особого положения и правового статуса.

Наряду с показаниями вышеуказанных лиц изложенные в иске обстоятельства незаконного участия Фургала С.И. в 2008-2019 гг. в коммерческой деятельности обществ-ответчиков подтверждаются результатами оперативно-розыскной деятельности, предоставленными Управлением ФСБ России по Хабаровскому краю.

Согласно справке-меморандум и стенограммам разговоров, составленным по итогам наблюдения и прослушивания, зафиксированы беседы:

- 28.02.2019 в самолете авиакомпании «Аэрофлот», рейс SU1713 по маршруту г.Хабаровск-г.Москва между Фургалом С.И. и ФИО56

В ходе общения Фургал С.И. и ФИО74 обсуждают условия продажи доли в «Торекс» ФИО27;

- 30.10.2018 в бизнес зале аэропорта г. Хабаровска, расположенном по адресу: Матвеевское шоссе, д. 28 между ФИО1 и ФИО20

В ходе общения последние обсуждают условия продажи доли в «Торекс».

- 24.03.2019 в квартире, расположенной по адресу: <адрес> между Фургалом С.И., ФИО20, ФИО57, ФИО19

В ходе общения Фургал С.И. говорит о том, что компания ООО «Амурметаллресурс» будет бесплатно продавать известь компании ФИО75. Обсуждаются расходы металлургического завода, способы их сокращения, составление письма в адрес ФИО76 с целью достижения с последним соглашения о продаже половины доли в группе компаний «Торекс», а также условия кредитных договоров, вопросы рефинансирования кредитов. Кроме того, в случае налоговых проверок и затребования документов подконтрольных компаний, у него Фургал С.И. говорит, что у него есть выход на руководителя налоговой службы РФ для разрешения указанных вопросов;

- 30.03.2019 в квартире, расположенной по адресу: <адрес> между Фургалом С.И., ФИО20, ФИО57, ФИО19

В ходе общения указанные лица обсуждают ответ ФИО77 на ранее направленное ими письмо;

- 30.03.2019 в квартире, расположенной по адресу: <адрес> между Фургалом С.И. ФИО57, ФИО19

В ходе общения указанные лица обсуждают схему работы завода и сырьевой компании по «давальческой схеме»;

- 30.03.2019 в квартире, расположенной по адресу: <адрес> между Фургалом С.И., ФИО20, ФИО57, ФИО19

В ходе общения указанные лица обсуждают статью, опубликованную в газете «Коммерсант» о металлургическом заводе, ситуацию с экспортом лома черных металлов;

- 20.02.2019 в комнате переговоров по адресу: <адрес> между ФИО58, ФИО59, ФИО19.

В ходе общения ФИО58, ФИО59 обсуждают условия продажи доли в группе компаний «Торекс» ФИО19, а также условия первоначальной покупки «Торекса»;

-31.07.2019 по адресу: <адрес>, строение 1 между ФИО27, ФИО28, ФИО19.

В ходе общения указанные лица обсуждают условия предоставления заемных средств от банка при оформлении продажи долей в «Торекс»;

-13.08.2019 по адресу: <адрес>, строение 1 между ФИО27, ФИО58, ФИО28, ФИО19, Фургалом С.И.

В ходе общения указанные лица обсуждают условия договора продажи долей в «Торекс», а также опасения банков по поводу притворности данной сделки;

-25.09.2019 по адресу: <адрес>, строение 1 между ФИО27 и ФИО19

В ходе общения ФИО27 и ФИО19 обсуждают покупку «Торекс» посредством провода денежных средств без отражения последних в финансовой отчетности компании как заемных.

Доводы истца о подконтрольности и принадлежности Фургалу С.И. обществ-ответчиков, наличие между ними тесных экономических связей также подтверждаются результатами финансового расследования Росфинмониторинга, справка которого приобщена к материалам дела (т. 17 л.д. 106-122). Росфинмониторинг установил, что в 2007-2019 гг. бывшая супруга Фургала С.И. – ФИО16 совершила 87 операций с признаками сомнительности по списанию денежных средств ООО «Сталком» в общей сумме 119 561 тыс. руб., из них перечислено в ООО «ПК Хабаровскметаллторг» - 60 710 тыс. руб. (45 операций), в ООО «Скрап Фар Ист» - 22 040 тыс. руб. (18 операций), в ООО «Торекс» - 30 649 тыс. руб. (13 операций). ФИО25 с 2004 г. аффилирована с Фургалом С.А. и его ближайшим окружением посредством номинального владения и управления подконтрольными ему компаниями, в частности, ООО «Митекс», она выступала посредником в совершении сделок. В отношении ООО «ПК «Хабаровскметаллторг» установлено, что учредителями (соучредителями) данной организации являлись с марта 2006 г. по июль 2018 г. с долей участия 50% в уставном капитале Фургал С.И. и подконтрольные и (или) аффилированные с ним организации и лица: ФИО19 и ФИО61, ФИО55. Функции единоличного исполнительного органа осуществляют физические лица - ФИО62 (с 06.12.2004 по 22.05.2012), ФИО53 (с 24.12.2013 по 15.01.2018), ФИО55 (с 15.01.2018 по 26.06.2020), аффилированные м Фургалом С.И.. В 2018-2020 гг. ООО «Трансконтейнергрупп» использовалась для совершения более 150 финансовых операций по перечислению свыше 140 млн. рублей на счета подконтрольных Фургалу С.И. ООО «Восток Лом», ООО «Скрап Фар Ист», ООО «Строитель» и др. В ЕИС Росфинмониторинга содержится информация, полученная их Дальневосточного банка Сбербанка России, о причастности ООО «Аскольд» в 2016-2018 гг. расходных операций с признаками сомнительности по перечислению на счета подконтрольных и (или) аффилированных с Фургалом С.И., его окружением, ООО «Торекс», ООО «ПК «Хабаровскметаллторг», ООО «Дальпромснаб», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Скрап Фар Ист» около 85 млн. руб. и идентифицированных банком «проведение клиентом операций, имеющих признаки транзитных». В 2016-2020 гг. ООО «Восток Лом» совершены финансовые операции с признаками сомнительных, контрагентами по которым выступали организации, подконтрольные и (или) аффилированные с Фургалом С.И., его ближайшим окружением, в том числе ООО «Торекс», ООО «Аскольд», ООО «ПК «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Сталком», ООО «Скрап Фар Ист» на сумму более 500 млн. руб., из которых на сумму около 200 млн. руб. – расчеты по договорам займов, в том числе беспроцентных, заключенных ООО «Восток Лом» с ООО «ПК «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп». Учредители и руководители ООО «Амурметалл-Ресурс» аффилированы с Фургалом С.И., его ближайшим окружением посредством номинального владения и управления данным обществом. В отношении ООО «Алькума» установлено, что учредителями (соучредителями) данной организации являются Фургал С.И. с 30.11.2004 по настоящее время, с долей участия в уставном капитале – 25%, ФИО19 с 22.02.2006 по настоящее время с доле участия – 25 %, ФИО27, с 08.02.2017 по настоящее время с долей участия – 50%. Имеются сведения о поступлении на банковские счета ООО «Алькума» в 2019 -2020 г.г. денежных средств в общей сумме более 7,5 млн. руб. от ООО «Строитель», о поступлении в феврале 2019 г. от ООО «Торекс» 200 тыс. руб.

Информационную справку Росфинмониторинга суд оценивает по правилам ст. 67 ГПК РФ и учитывает, что выводы этого уполномоченного органа находятся во взаимосвязи с другими доказательствами, подтверждающими их состоятельность и достоверность.

Доводы ответчика о том, что результаты проверки Федеральной службы по финансовому мониторингу не отвечают требованиям закона о допустимости доказательств, носят информационный и предположительный характер, требуют проверки на основе изучения первичных документов, в связи с чем не могут приниматься судом и использоваться для разрешения дела, судом отклоняются, как не основанные на законе. Установлено, что вышеизложенная информация получена от уполномоченного и компетентного органа, у Росфинмониторинга имелись полномочия для проведения соответствующей проверки, доступ к первичной информации об операциях и самих клиентах, а предметом его анализа являлись конкретные данные об ответчиках и их имущественном положении - сведения из банковских учреждений, налоговых органов и других организаций.

Таким образом, анализируя приведенные доказательства в совокупности, суд находит подтвержденным, что Фургал С.И. в период осуществления им полномочий депутата Государственной Думы РФ и Губернатора Хабаровского края, несмотря на то, что какого-либо формально-юридического отношения к органам управления обществ-ответчиков он не имел, эти органы были сформированы непосредственно им и находились под его влиянием и привлеченных им аффилированных лиц. Тем самым последний через бывшую супругу ФИО16, знакомых, доверенных лиц и подконтрольные организации скрывал свое участие в управлении и владении обществами - ответчиками.

Таким образом, в судебном заседании нашли свое подтверждение доводы Генеральной прокуратуры РФ о том, что Фургал С.И. с декабря 2007 г. по 2020 г. являлся фактическим владельцем 100% ООО «Алькума» и управлял деятельностью названного общества через ФИО19, ФИО42, ООО «Скрап Фар Ист»; в ООО «Амурметалл-Ресурс» с ноября 2018 г. по 2020 г. Фургалу С.И. фактически принадлежало 100% долей в уставном капитале через ООО «Скрап Фар Ист».; в ООО «Аскольд» с декабря 2007 г. по 2020 г. Фургалу фактически принадлежало 100% долей в уставном капитале через ФИО53, ФИО21, ФИО63; в ООО «Восток Лом» (ранее – ООО «Миф-ДВ») с мая 2008 г. по 2020 г. Фургалу С.И. фактически принадлежало 100% долей в уставном капитале через ФИО19, ФИО43, ФИО44, ФИО62, ФИО30, ФИО43 и ФИО45; в ООО «Дальпромснаб» с декабря 2007 г. по февраль 2017 г. Фургалу С.И. фактически принадлежало 100% долей в уставном капитале через ФИО19, а с февраля 2017 г. по 2020 г. 50% долей через ФИО19 и ООО «Скрап Фар Ист»; в ООО «Митекс» с декабря 2007 г. по 2020 г. Фургалу С.И. фактически принадлежало 100% долей в уставном капитале через ФИО19 и ФИО25; в ООО «Сталком» с декабря 2007 г. по февраль 2017 г. Фургал С.И. фактически владел 100% долей в уставном капитале через ФИО16 и ФИО19, а с февраля 2017 г. по 2020 г. 50% долей через ФИО19, ФИО16 и ООО «Скрап Фар Ист»; в ООО «Трансконтейнергрупп» с февраля 2009 г. по 2020 г. Фургалу С.И. фактически принадлежало 100% долей в уставном капитале этого общества через ФИО30 и ФИО21; в ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» с декабря 2007 г. по 2020 г. Фургал фактически владел 100% долей в уставном капитале через ФИО19, ФИО55, ФИО29 Также он управлял названным обществом через его номинальных директоров ФИО62, ФИО64, ФИО53, ФИО55 и ФИО29

Объяснения представителя ООО «Амурметалл-Ресурс» ФИО10 о том, что ООО «Амурметалл-Ресурс» не входит и не входило в группу компаний «Торекс», не было подконтрольным Фургалу С.И., вело обычную хозяйственную деятельность, судом не принимаются как достоверные, поскольку опровергаются имеющимися в деле доказательствами, из которых следует, что ООО «Амурметалл-Ресурс» имело тесные экономические связи с иными организациями, входящими в группу «Торекс»: ООО «Торекс», ООО «Алькума», ООО «Митекс», ООО «Дальпромснаб». Так, из договора поставки, выписки по счету ООО «Амурметалл-Ресурс» за 2019 г. судом установлено, что основная деятельность ООО «Амурметалл-Ресурс» состояла в исполнении договора поставки от 21.06.2018, заключенном с ООО «Торекс», которому ООО «Амурметалл-Ресурс» поставляло известняк флюсовый для последующей его реализации ООО «Торекс-Хабаровск». Данный договор поставки являлся основным и единственным источником формирования дохода ООО «Амурметалл-Ресурс» в 2019 г... Учредителями ООО «Амурметалл-Ресурс» являлись подконтрольные Фургалу С.И. ООО «Торекс-Хабаровск» (с июня 2017г. по январь 2018 г.), ФИО54 (с января по ноябрь 2018 г.), ООО «Скрап Фар Ист» (с 16.11.2018). Кроме того, ООО «Алькума», ООО «Митекс», ООО «Дальпромснаб» являлись арендаторами помещений, принадлежащих ООО «Амурметалл-Ресурс», и вносили арендную плату. При этом из пояснений представителя ФИО10 в судебном заседании следует, что фактически арендованные помещения арендаторами не использовались. Помимо этого, представитель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что ранее до 2017 г. ООО «Амурметалл-Ресурс» входило в состав имущественного комплекса завода Амурметалл и было приобретено вместе с заводом ООО «Торекс-Хабаровск». Объемы поставок известняка, а также вопросы расчетов согласовывались с финансовым директором ООО «Торекс», в адрес которого ООО «Амурметалл-Ресурс» направляло сметы доходов и расходов. Финансовые решения принимались московскими учредителями.

Нахождение ООО «Амурметалл-Ресурс» в группе компаний «Торекс» также подтверждается показаниями ФИО17, ФИО20, ФИО68, ФИО53, согласно которым ООО «Амурметалл-Ресурс» являлось подконтрольным Фургалу С.И. через ООО «Скрап Фар Ист».

Пояснения представителя ФИО10 в приведенной части, а также договор поставки, выписка по счету, справка о доходах и расходах ООО «Амурметалл-Ресурс» за 2019 г. в своей совокупности с протоколами допросов ФИО17, ФИО20, ФИО68, ФИО53 подтверждают принадлежность ООО «Амурметалл-Ресурс» к группе компаний «Торекс», ее владение и управление Фургалом С.И..

Таким образом, суд находит подтвержденным, что Фургал С.И., пребывая во власти, фактически управлял и руководил обществами-ответчиками, определял их экономическую политику, давал указание на совершение ими сделок, тем самым владел указанными обществами как своими. Одновременно суд принимает во внимание, что в нормальной практике текущая деятельность коммерческой организации предполагает действия ее учредителей по формированию бизнес-плана, выработке стратегии развития, выбору видов деятельности, места нахождения и наименования, расчету прибыльности и окупаемости и т.д. Текущая деятельность общества также связана с рядом хозяйственных процессов: аренда или приобретение помещения, учет и погашение платежей, поиск и найм сотрудников, ведение бухгалтерской и иной отчетности, взаимодействие с контрольными органами и контрагентами. Выполнение перечисленных задач невозможно без прямого волеизъявления и непосредственного вовлечения участника и руководителя юридического лица.

Учитывая, что целью деятельности ООО «Амурметалл-Ресурс», ООО «Алькума», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» как коммерческих организаций в силу ст. 50 ГК РФ и положений их уставов является извлечение прибыли, суд соглашается с позицией истца о том, что по смыслу ст. 2 ГК РФ Фургал С.И. занимался предпринимательством, т.е. самостоятельной и осуществляемой на свой риск деятельностью, направленной на получение прибыли, которой он не имел права заниматься в силу прямого запрета ст. 97 Конституции РФ, Федерального закона от 08.05.1994 № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

Утверждения представителя ответчика Фургала С.И. – ФИО9 о том, что Фургал С.И. в исковой период только имел доли в уставных капиталах «ООО «Алькума», ООО «Дальпромснаб», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», передав их в доверительное управление, руководство обществами-ответчиками не осуществлял, в связи с чем не нарушал действующее законодательство, не принимаются судом, поскольку опровергаются вышеприведенными доказательствами, из совокупности которых следует, что Фургал С.И., заняв государственную должность, продолжил фактическое владение обществами-ответчиками, руководство и управление которыми осуществлял через подконтрольных ему лиц – ФИО20 и ФИО19, обеспечил назначение подотчетных генеральных директоров, т.е. сосредоточил на себе все руководящие функции.

Вопреки доводам представителя ответчика материалами дела подтверждено использование Фургалом С.И. своих полномочий в целях содействия своему бизнесу и деятельности обществ-ответчиков.

Так, судом установлено, что по адресу: г.Хабаровск, проспект 60-лет Октября, 12, то есть по адресу нахождения офисных помещений группы компаний «Торекс», находилась общественная приемная депутата Государственной Думы РФ Фургала С.И.. Из показаний ФИО19 (протокол допроса от 25.11.2020) следует, что это было сделано по указанию Фургала С.И. для обеспечения неприкосновенности офисных помещений от любых оперативно-розыскных мероприятий, следственных и контрольных действий.

Протоколом дополнительного допроса обвиняемого ФИО20 от 29.09.2020 подтверждается, что по указанию Фургала С.И. в Правительстве Хабаровского края под председательством первого заместителя Губернатора Хабаровского края ФИО57 было проведено совещание, на котором до представителей кредитных организаций, налоговых органов и ресурсоснабжающих компаний, была доведена информация о задержании Мистрюкова, попытках рейдерского захвата, а также неправомерных действиях сотрудников УМВД России по Хабаровскому краю, связанных с проведением изъятия бухгалтерской и иной финансовой документации.

Кроме того, по решению Фургала С.И. была создана Ассоциация заготовителей лома Дальнего Востока и Сибири. Данная ассоциация была создана с целью лоббирования интересов ломозаготовителей, в том числе группы компаний «Торэкс», в частности путем подготовки и направления писем в адрес федеральных государственных органов с просьбами запретить вывоз лома за границу или наоборот разрешить его вывоз в зависимости от экономической ситуации на рынке. Данное обстоятельство следует из протокола дополнительного допроса обвиняемого ФИО18 от 15.10.2021.

Из показаний ФИО17 следует, что Фургал С.И. как депутат Государственной Думы РФ, а затем Губернатора Хабаровского края покровительствовал и предоставлял компаниям-ответчикам преимущества в ведении предпринимательской деятельности путем переговоров с представителями банков о предоставлении кредитного финансирования, предоставления гарантий Хабаровского края по этим кредитам, лоббирования принятия Правительством РФ решения о запрете вывоза металлолома через большинство таможенных постов на Дальнем Востоке.

Названные доказательства подтверждают доводы истца о том, что Фургал С.И. напрямую участвуя в коммерческой деятельности обществ-ответчиков, оказывал им содействие за счет использования своего авторитета представителя власти.

Осуществление контроля над организацией включает в себя оказание или возможность оказывать определяющее влияние на решения, принимаемые этой организацией в отношении распределения полученной организацией прибыли (дохода) в силу прямого или косвенного участия в такой организации, а также на решения лица, осуществляющего управление активами такой структуры.

При таких обстоятельствах отрицание Фургалом С.И. наличия между ним и другими ответчиками отношений собственности, а также своего участия в управлении обществами-ответчиками при установленном судом факте того, что Фургал С.И. являлся фактическим владельцем компаний-ответчиков, не изменяет и не отменяет его обязанность, как государственного служащего, декларировать отношения с ними, поскольку эти отношения, как следует из действующего нормативного регулирования, носят имущественный характер и основаны на осуществлении функций по владению юридическим лицом и контролю за его действиями (решениями), получении выгод от их деятельности и других обязательств.

Возражая против удовлетворения иска, ответчики, в том числе ссылались на недопустимость протоколов допросов, полученных в рамках уголовного дела, приговор по которому не вынесен.

Суд отклоняет эти доводы как не основанные на законе, поскольку ст. 71 ГПК РФ позволяет принимать в качестве письменного доказательства акты, договоры, справки, иные документы и материалы, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий.

Приобщенные представителем истца протоколы допросов свидетелей, как следует из их содержания, составлены по правилам ст. 166 УПК РФ и в силу прямого указания гражданского процессуального закона являются протоколами совершения процессуальных действий. Происхождение документов из уголовного дела, где они имеют аналогичный статус, не изменяет их правовой природы и не отменяет названное положение по настоящему делу.

Суд учитывает, что протоколы составлены уполномоченным законом должностным лицом, который несет ответственность, в том числе уголовную за правильность и достоверность их составления. Допрошенным лицам разъяснены их процессуальные права и обязанности. Заявлений и замечаний от автора показаний на протокол и порядок проведения допроса не поступило.

В соответствии со ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ суд оценивает вышеприведенные протоколы допросов по уголовному делу как относимые и допустимые доказательства, поскольку они отвечают требованиям закона и имеют значение для разрешения дела. Оснований сомневаться в достоверности полученных из протоколов сведений у суда не имеется, они имеют последовательный и непротиворечивый характер.

Вышеприведенные доказательства (вышеназванные протоколы допросов по уголовному делу, справки-меморандумы, информация Росфинмониторинга) изобличают Фургала С.И. в том, что оформление прав на доли в уставных капиталах обществ-ответчиков на аффилированных лиц он осуществил номинально и не переставал оставаться реальным владельцем бизнеса, руководить деятельностью указанных организаций как до избрания его парламентарием, так и в период исполнения полномочий депутата и губернатора. Управление обществами-ответчиками Фургал С.И. реализовывал через ФИО19 и ФИО20 и подчиненных им лиц, которые исполняли его поручения. Он же, как следует из вышеустановленных обстоятельств, принимал решения о распределении доходов обществ и являлся основным получателем извлеченного обществами дохода.

Приходя к таким выводам, суд учитывает позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в Постановлении от 27.12.2012 № 34-П, в соответствии с которой коммерческая организация как юридическое лицо, по общему правилу, приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами (ст. 53 ГК РФ). При этом организационно-правовая форма ряда коммерческих организаций предполагает наличие не только органов управления, вхождение в состав которых обусловлено специальным волеизъявлением лица (например, в хозяйственных обществах – исполнительный орган и совет директоров), но и органа управления, членство в котором связано с самим статусом лица как учредителя (участника) этой коммерческой организации. Так, высшим органом управления общества с ограниченной ответственностью или общества с дополнительной ответственностью является общее собрание его участников.

В соответствии с п. 4.3 названного Постановления само по себе владение акциями (долями участия в уставном капитале), обусловливающее право принимать участие в работе общего собрания хозяйственного общества, действительно, как заявил представитель ответчика, не может рассматриваться как обстоятельство, нарушающее требования Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации».

Однако, как следует из положений главы 4 ГК РФ, участие лица в коммерческих организациях может реализовываться как через обладание их акциями и долями, так и через иные формы или иные возможности определять решения, принимаемые такими обществами. Участвовать в управлении делами корпорации, участвовать в образовании ее имущества, принимать участие в распределении прибыли товарищества или общества, участвовать в голосовании в органах управления.

Согласно п. 6 ст. 66 ГК РФ законом может быть запрещено или ограничено участие отдельных категорий лиц в хозяйственных товариществах и обществах.

Более того, участник общества становится членом общего собрания, и юридически входит в состав высшего органа управления хозяйственного общества, так как согласно статье 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений. Каждый участник общества имеет на общем собрании участников общества число голосов, пропорциональное его доле в уставном капитале общества, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Являясь участников общества, владея долей в уставном капитале, лицо обладает и правами, предоставляющими возможность участвовать в управлении обществом (в том числе, право участвовать в общем собрании участников, голосовать, иметь право вето, право предлагать своего представителя в совет директоров, определять порядок формирования совета директоров и т.д.), что обеспечивает и возможность влиять на осуществление обществом предпринимательской деятельности.

Указанное и является формой ведения бизнеса.

Следует отметить, что несовместимой с депутатской деятельностью и деятельностью высшего должностного лица Хабаровского края на период возникновения спорных правоотношений являлась любая оплачиваемая деятельность, которая осуществляется на профессиональной постоянной основе и не сводится с точки зрения ее юридической квалификации в действующем правовом регулировании в его системном единстве исключительно к работе в рамках трудового договора (служебного контракта), в том числе на государственной или муниципальной службе, либо гражданско-правовых договоров, связанных с выполнением работ, оказанием услуг (п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 27.12.2012 № 34-П).

Таким образом, Фургалом С.И. нарушены требования ст. 97 Конституции Российской Федерации, ст. 6 Федерального закона от 08.05.1994 № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», запрещающие лицам, замещающим государственные должности, заниматься предпринимательской и иной оплачиваемой деятельностью, участвовать в управлении хозяйственным обществом или иной коммерческой организацией. Исполняя полномочия депутата Государственной Думы и Губернатора Хабаровского края, он непосредственно и лично предпринимал целенаправленные действия по увеличению объема принадлежащих обществам-ответчикам активов, увеличению получаемых ими доходов от предпринимательской деятельности.

Помимо этого, судом установлено, что заработная плата, проценты по вкладу, а также доходы от продажи имущества, указанные Фургалом С.И. в справках о доходах как законные источники своего дохода и дохода его супруги ФИО16, не позволяли Фургалу С.И. нести расходы в том объеме, которые имели место, в том числе на приобретение имущества.

Так, в 2009 и 2010 г.г. Фургалом С.И. были приобретены два земельных участка в дер. Борносово Московской области, площадью 2500 кв.м. и 2000 кв.м., кадастровой стоимостью 1 297 560 руб. и 1 606 075 руб., соответственно. В 2010 г. приобретено здание в дер. Борносово Московской области, площадью 20 кв.м., стоимостью 8 000 000 руб.. Также в 2010 г. Фургалом С.И. приобретен автомобиль «Тойота Ленд Крузер 200, стоимостью 2 864 000 руб.

При этом суммарное значение доходов Фургала С.И. и ФИО16, указанное Фургалом С.И. в справках о доходах за 2009 г. и 2010 г. в размере 4 179 389 руб. (Фургала С.И. - за 2009 г. – 1 960 149 руб., за 2010 г. –1 961 840 руб., ФИО16 – за 2009 г. 115 200 руб., за 2010 г. – 142 200 руб.), не позволяло приобрести указанное имущество.

Кроме того, с 09.01.2014 в собственности Фургала С.И. находится жилое здание по адресу: <адрес>, площадью 627,2 кв.м., стоимостью 23 848 937,77 руб.. 16.09.2015 Фургал С.И. зарегистрировал право собственности на квартиру в <адрес>, площадью 76,9 кв.м.. 15.07.2015 ФИО16 по договору купли-продажи был приобретен жилой дом по адресу: <адрес>, площадью 66,2 кв.м., а также 31.07.2017 квартира по адресу: <адрес>, площадью 47,7 кв.м..

Общая стоимость указанного имущества, приобретенного Фургалом С.И. и ФИО16 в 2014-2015 г.г., превышает доходы последних, указанные в справках о доходах за 2013 -2015 г.г. (23 653 792,23 руб.), что свидетельствует о явной несоразмерности расходов с общим доходом Фургала С.И. и ФИО16, отраженным в справках о доходах.

В ходе выемки в банковской ячейке ПАО «Сбербанк», открытой ФИО65 – племянницы бывшей жены Фургала С.И. – ФИО16, у ФИО65 было обнаружено и изъято 400 000 долларов США, что эквивалентно около 40 000 000 руб.. Данное обстоятельство подтверждается протоколом обыска (выемки) от 20.07.2020 и справкой УФСБ России по Хабаровскому краю от 20.07.2020. В ходе своего допроса 21.07.2020 ФИО65 происхождение указанных денежных средств не объяснила. Представленными в материалах дела справками 2-НДФЛ о доходах ФИО65 происхождение указанной суммы не подтверждено, что указывает на принадлежность этих денежных сумм Фургалу С.И..

10.09.2019 была приобретена квартира по адресу: г. Москва, ул. Минская, оформленная на мать ФИО16 – ФИО66, стоимостью 32 369 920 руб.. Учитывая, что ФИО66, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является пенсионером, ее единственным доходом является пенсия по старости, размер которой не объясняет фактическое происхождение у нее средств, необходимых для приобретения названной квартиры, то у суда имеются основания прийти к выводу о приобретении данной квартиры Фургалом С.И.. Данный вывод суда подтверждается и протоколом допроса ФИО20, который пояснил, что Фургал С.И. в 2019 г. приобрел дорогостоящую квартиру в Москве. Примерная стоимость квартиры в Москве 40 млн. руб.

Ссылка представителя ответчика на приобретение квартиры ФИО66 за счет средств, полученных ФИО16 от ФИО67 в сумме 22 000 000 руб., подлежит отклонению, поскольку в заявлениях ФИО67, удостоверенных нотариально 10.11.2020, не содержится даты получения ФИО16 денежных средств в качестве отступного за долю в уставном капитале ООО «Григ Чернобельского», при этом дата составления (10.11.2020) заявлений не соотносится с датой приобретения квартиры ФИО66. Помимо этого, суд учитывает, что в справках о доходах ФИО16 за 2013-2019 г.г. не отражен указанный доход, что ставит под сомнение факт его действительного получения.

Расходы Фургала С.И. и членов его семьи на проживание, приобретение недвижимого имущества и транспортных средств, свидетельствуют о том, что ответчик Фургал С.И. и члены его семьи несли значительные траты, размер которых явно превышал размер их заработной платы, как единственного законного источника дохода.

При этом доказательств, подтверждающих законность происхождения денежных средств в сумме расходов, превышающих размер доходов, полученного по месту работы, ответчиком не представлено.

Таким образом, представленными в материалах дела доказательствами подтверждается, что декларируемые в рамках декларационной компании доходы Фургала С.И., полученные им по основному месту работы, являлись несоответствующими расходам последнего и имелся иной источник обеспечения таких расходов, что подтверждает указание истца, что таким источником дохода Фургала С.И. являлась деятельность и доходы обществ-ответчиков.

Таким образом, судом установлено, что общества-соответчики, владельцем которых в нарушение антикоррупционных запретов и ограничений являлся Фургал С.И., фактически являлись средствами обогащения последнего, использовались им для получения дохода, тем самым имущество в виде денежных средств получено обществами – ответчиками вследствие нарушения Фургалом С.И. как лицом, занимавшим публично-значимые должности, требований и ограничений.

Действуя добросовестно и соблюдая предусмотренные актикоррупционным законодательством запреты и ограничения, связанные с занятием государственных должностей, Фургал С.И., должен был принять меры к прекращению своего участия в управлении обществ-ответчиков, передаче принадлежащих ему долей в уставных капиталах другим лицам. Однако данную обязанность не исполнил, следовательно, вся деятельность обществ-ответчиков, осуществляемая при участии и под руководством Фургала С.И., а также в нарушении им законодательных запретов являлась незаконной, что в свою очередь указывает о ничтожности полученных обществами-ответчиками доходов.

Согласно представленным в материалах дела налоговым декларациям по налогу на прибыль и УСН, а также информации УФНС России по Хабаровскому краю от 04.12.2023, в период за 2008-2019 гг. в качестве дохода общества- ответчики получили:

ООО «Амурметалл-Ресурс» за 2019 г. – 116 455 837 руб.;

ООО «Сталком» за 2008-2019 г.г. – 1 281 613 920 руб. (за 2008 год - 5 116 855? руб., за 2009 год - 15 788 395? руб., за 2010 год - 11 641 673? руб., за 2011 год – 6 118 937 руб., за 2012 год - 16 557 030 руб., за 2013 год - 12 501 165? руб., за 2014 год – 15 492 131 руб., за 2015 год - 9 634 659 руб., за 2016 год - 16 946 259? руб., за 2017 год - 313 273 034? руб., за 2018 год - 458 743 491? руб., за 2019 год - 399 818 291 руб.);

ООО «Митекс» за 2008-2019 г.г. – 3 055 665 руб. (за 2008 год – 0 руб., за 2009 год – 0 руб., за 2010 год – 0 руб., за 2011 год - 50847 руб., за 2012 год – 101 695 руб., за 2013 год – 2 228 276 руб., за 2014 год – 110 847 руб., за 2015 год - 120 000 руб., за 2016 год - 120 000 руб., за 2017 год - 120 000 руб., за 2018 год - 120 000 руб., за 2019 год – 84 000 руб.);

ООО «Аскольд» за 2008-2019 г.г. – 253 972 199 руб. (за 2008 год – 4 592 521 руб., за 2009 год – 1 650 903 руб., за 2010 год – 2 650 324 руб., за 2011 – 9 585 399 руб., за 2012 год – 20 252 403 руб., за 2013 год – 1 255 585 руб., за 2014 год– 5 408 432 руб., за 2015 год – 21 485 016 руб., за 2016 год – 53 637 261 руб., за 2017 год – 10 536 544 руб., за 2018 год – 70 971 519 руб., за 2019 год – 51 946 292 руб.);

ООО «Восток Лом» за 2013-2019 г.г. – 708 784 224 руб. (за 2013 год – 16 660 554 руб., за 2014 год – 67 101 792 руб., за 2015 год – 80 567 025 руб., за 2016 год – 52 395 148 руб., за 2017 год – 106 814 788 руб., за 2018 год – 183 186 953 руб., за 2019 год – 202 057 964 руб.);

ООО «Хабаровскметаллторг» за 2008-2019 г.г. – 4 514 689 008 руб. (за 2008 год - 307 044 817? руб., за 2009 год - 110 569 685? руб., за 2010 год - 245 553 746 руб., за 2011 год - 320 953 461 руб., за 2012 год - 466 807 665 руб., за 2013 год - 234 187 292? руб., за 2014 год - 270 230 467? руб., за 2015 год – 463 608 927 руб., за 2016 год – 180 258 082 руб., за 2017 год - 586 308 278 руб., за 2018 год - 1 318 073 545 руб., за 2019 год – 11 093 043 руб.);

ООО «Трансконтейнергрупп» за 2012-2019 г.г. – 1 616 299 346 руб. (за 2012 год – 92 693 550 руб., за 2013 год – 35 832 283 руб., за 2014 год – 73 073 751 руб., за 2015 год – 131 409 820 руб., за 2016 год – 52 856 011 руб., за 2017 год - 134 209 035? руб., за 2018 год – 548 332 826 руб., за 2019 год - 547 892 070? руб.);

ООО «Алькума» за 2008-2019 г.г. – 25 403 777 руб. (за 2008 год – 778 639 руб., за 2009 год– 447 127 руб., за 2010 год – 248 525 руб., за 2011 год – 996 064 руб., за 2012 год – 1 248 346 руб., за 2013 год – 798 857 руб., за 2014 год – 1 682 000 руб., за 2015 год – 1 833 145 руб., за 2016 год – 2 165 000 руб., за 2017 год – 4 487 500 руб., за 2018 год – 3 922 200 руб., за 2019 год – 6 796 374 руб.);

ООО «Дальпромснаб» за 2008-2019 г.г. – 75 914 729 руб. (за 2008 год – 1 524 925 руб., за 2009 год – 312 401 руб., за 2010 год – 690 130 руб., за 2011 год – 1 402 718 руб., за 2012 год – 2 313 400 руб., за 2013 год – 2 857 500 руб., за 2014 год – 3 708 405 руб., за 2015 год – 3 292 838 руб., за 2016 год – 4 987 000 руб., за 2017 год – 4 522 502 руб., за 2018 год – 23 045 100 руб., за 2019 год – 27 257 810 руб.)

Таким образом, общая сумма полученных обществами-ответчиками доходов за исковой период составила 8 596 188 705 руб..

При этом суд не соглашается с указанным истцом размером доходов в сумме 8 596 234 308 руб. и признает его арифметически ошибочным, поскольку при его исчислении истцом допущены арифметические ошибки при исчислении доходов ООО «Митекс» за 2008-2019 гг., который истцом ошибочно исчислен в сумме 3 103 005 руб. вместо 3 055 665 руб.; ООО «Восток Лом» за 2013-2019 гг., который истцом исчислен в размере 708 783 693 руб. вместо 708 784 224 руб., ООО «Алькума» за 2008-2019 гг., ошибочно исчисленный истцом в сумме 25 403 777 руб. вместо 25 403 777 руб.; ООО «Дальпромснаб» за 2008-2019 гг., ошибочно исчисленный истцом в сумме 75 913 600 руб. вместо 75 914 729 руб..

Вместе с тем, наличие указанных арифметических ошибок при исчислении истцом общей суммы полученного обществами-ответчиками доходов не ставит под сомнение обоснованность его требований, поскольку не изменяет сущность и содержание исковых требований в целом.

Получение доходов в установленной судом сумме 8 596 188 705 руб. подтверждено самими обществами-ответчиками, которые указали данные доходы в представленных ими в налоговый орган налоговых декларациях.

Именно указанные доходы явились результатом и конечной целью деятельности обществ-ответчиков – ООО «Сталком», ООО «Алькума», ООО «Митекс», ООО «Дальпромснаб», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Амурметалл-Ресурс» под руководством и управлением Фургала С.И.. Названный доход Фургал С.И. не задекларировал, скрыв от контролирующих органов.

Доказательств недостоверности сведений, указанных в налоговых декларациях обществами-ответчиками, не представлено. Высказанные в судебном заседании сомнения носили не конкретизированный и не подтвержденный характер. Доказательств, опровергающих получение обществами-ответчиками в исковой период доходов в размере 8 596 188 705 руб., ответчиками не представлено.

Ответчики оспаривали возможность изъятия доходов (выручки) предприятий, поскольку они, по их мнению, не являются имуществом, не соглашались с подходом истца при установлении объема денежных средств, извлеченного организациями, ссылались на несение обществами расходов и уплате налогов с полученной суммы доходов, а также право учредителя на получение только чистой прибыли (дивидендов) от деятельности организаций.

Вместе с тем, данные доводы ответчиков не основаны на законе. По смыслу положений подп.8 п.2 ст. 235 ГК РФ предметом судебного разбирательства является не экономическая природа имущественного положения ответчиков, а проверка законности его происхождения.

Из установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств следует, что Фургал С.И., поступая вопреки установленным антикоррупционным законодательством ограничениям, фактически принял участие в управлении и руководстве обществами-ответчиками, то есть занимался запрещенной деятельностью и извлечением от нее незаконных выгод, которыми в рассматриваемом случае стали денежные средства в размере 8 596 188 705 руб..

Действующее антикоррупционное законодательство не позволяло Фургалу С.И. заниматься предпринимательской деятельностью, участвовать в управлении хозяйствующими субъектами, производить отчуждение, распределение и передачу долей в уставных капиталах обществ подконтрольным ему физическим и юридическим лицам, выступать лицом, выполняющим в этих организациях управленческие, организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, принимать в их интересах ключевые стратегические решения, влекущие юридические и экономические последствия, получать доходы из непредусмотренных законом источников, то есть все те действия, в силу которых он и другие ответчики достигли запрещенного результата в виде обогащения себя на 8 596 188 705 руб..

Кроме того, судом установлено, что денежные средства для личных нужд Фургала С.И. изымались из оборота обществ-ответчиков, то есть из получаемой ими выручки, а не из прибыли последних. Для этого ответчиками использовались схемы выведения средств из оборота компаний путем отражения в бухгалтерской документации покупок несуществующего металлолома у физических лиц и обналичивания денежных средств.

Указанные обстоятельства подтверждаются протоколами допросов ФИО19, который пояснил, что Фургал С.И. распоряжался оборотными средствами обществ-ответчиков и завода «Амурсталь» без контроля как своими собственными, в необходимых ему суммах, расходовал их по своему усмотрению на любые, в том числе не связанные с ведением бизнеса, нужды; в личных целях получал наличными значительные суммы денег, выведенные из оборота группы компаний «Торэкс» и обналиченные на пунктах металлоприемки группы компаний. Помимо этого из выведенных из оборота компаний денежных средств по указанию Фургала С.И. выдавались неофициальные вознаграждения в виде доплаты к заработной плате членам команды Фургала С.И., в том числе такую доплату получала жена Фургала С.И. – Стародубова Л.П. в размере около 300 000 рублей. Из оборота компаний также брались денежные средства для избирательной компании Фургала С.И..

Аналогичные обстоятельства о получении Фургалом С.И. денежных средств, выведенных из оборота обществ-ответчиков путем обналичивания их на участках приема металла, сообщил ФИО68 в протоколах допросов. Согласно его показаниям Фургал С.И. беспрепятственно расходовал выведенные их оборота компаний и обналиченные денежные средства. Из обналиченных и выведенных из оборота компаний группы «Торекс» денежных средств Фургал С.И. и члены его команды получали неофициальное вознаграждение.

Из показаний, изложенных в протоколах допроса ФИО17, следует, что из оборота обществ выводились денежные средства, которые впоследствии расходовались на различные нужды и передавались собственникам, в том числе Фургалу С.И. на его личные цели. Сумма выведенных из оборота средств за период с 2017-2019г.г. составила больше 1 млрд. рублей.

Согласно показаниями ФИО25, данных в ее протоколах допросов, на всех предприятиях группы «Торекс» действовала «серая» схема по выводу наличных средств из оборота под видом закупки лома черных металлов, сопровождаемая оформлением формальных первичных документов, подтверждающих закуп лома черных металлов у физических лиц и расход денежных средств, который фактически не приобретался. Выведенные таким способом из оборота денежные средства расходовались на выплату неофициальных частей заработной платы, а также на личные нужды и удовлетворение потребностей собственников бизнеса, в том числе Фургала С.И.

Из протоколов допросов ФИО20 следует, что как до 2008 г., так и после до его задержания в указанных компаниях была налажена и выстроена работа по выводу оборотных средств путем их обналичивания и последующего расходования как на хозяйственные нужды, так и на личные нужды собственников – Фургала С.И. и ФИО19. Факт вывода денежных средств и осуществления за счет них расходов скрывался путем изготовления фиктивных первичных документов по закупке «виртуального» металлолома на участках компаний группы «Торэкс» у физических лиц. Таким образом, создавалась видимость реального приобретения металлолома, при том, что фактически целью создания фиктивного документооборота являлось сокрытие от налоговых и иных контролирующих органов фактов изъятия из оборота наличных средств компаний группы «Торэкс». Ему известно, что выведенная из оборота «черная» наличность расходовалась Фургалом С.И. на личные нужды. Так, Фургал С.И. в 2017-2019 гг. приобрел 5-6 квартир в Владивостоке, которые были оформлены на иных лиц. Он же в 2019 г. приобрел дорогостоящую квартиру в Москве. Примерная стоимость квартиры в Москве 40 млн. руб. Также за счет наличных средств, выведенных из оборота компаний группы «Торэкс», финансировались выборы. Помимо этого, приобреталась всевозможная спецтехника, которая оформлялась на физических лиц – ФИО19, его жену либо на родственников.

ФИО53 в своих показаниях (протокол допроса от 12.04.2021) пояснил, что он в период своей работы в группе компаний «Торекс» занимался снятием наличных денежных средств с корпоративных карт каждой из указанных выше организаций, которые сдавал в кассу ООО «Торекс». В июне 2017 г. он по указанию ФИО33 отвозил 10 000 000 руб. в г. Москва. Кроме того, ФИО53 в своих показаниях подтвердил обстоятельства, указанные ФИО17, ФИО20, ФИО19, о формальности сделок по реализации и приобретению лома между обществами-ответчиками и другими компаниями группы «Торекс» без реального их исполнения с целью искусственного накручивания оборотов, создания видимости расходования денежных средств, а также вывода денежных средств из оборота ООО «ПК «Хабаровскметаллторг» и других организаций группы «Торекс» путем обналичивания денежных средств.

В протоколе допроса ФИО26 от 09.10.2020, последняя пояснила о схеме работы участков по приему металлолома группы компаний «Торекс», указав, что для создания видимости работы организаций данные организации по документам закупали металл у физических лиц, после чего по документам поставляли его на завод. Однако фактически ничего не поставлялось. В программе создавался фиктивный документооборот.

Согласно протоколу допроса ФИО23 от 27.01.2021 последний пояснил, что в августе 2019 года он передал ФИО16 30 млн. руб., взятых из открытой на его имя по поручению ФИО20 ячейки.

ФИО69 в протоколах допросов от 15.07.2021, 03.11.2021 также подтвердила изъятие денежных средств из оборота обществ, пояснив, что Фургал С.И. передал ей рукописный документ, содержащий суммы денежных средств, которые она должна была ежемесячно выдавать наличными из кассы ФИО53 для оплаты московского офиса. С сентября по декабрь 2019 г. она ежедневно сдавала ФИО20 или ФИО25 от 1 млн. до 20 млн. рублей.

Из протокола дополнительного допроса свидетеля ФИО69 от 27.11.2020 следует, что сын Фургала С.И. – ФИО78 ежемесячно в период с 2017 года по 2019 год получал по указанию Фургала С.И. денежные средства в сумме от 40 000 рублей до 60 000 рублей. ФИО79 деньги получал всегда лично, расписывался в ордере. В графе получатель ей указывалось «ФИО80» иди «ФИО81

Приведенные показания, согласующиеся между собой, также подтверждаются информацией Росфинмониторинга, согласно которой по счетам ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «ПК «Хабаровскметаллторг» совершались операции по снятию с банковского счета денежных средств в наличной форме, идентифицированные кредитной организацией «конец схемы «обнал». ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Митекс» ООО «ПК «Хабаровскметаллторг» возможно были задействованы в схеме вывода прибыли из-под налогооблажения подконтрольных Фургалу С.И., его окружению предприятий и организаций, банковские счета обществ могли быть использованы в качестве «транзитных».

Исходя из совокупности названных доказательств, суд приходит к выводу, что обогащение Фургала С.И. осуществлялось путем использования в своих личных целях денежных средств, выведенных из оборота (доходов) обществ-ответчиков, тем самым конечный интерес последнего был направлен на увеличение указанного оборота, тем самым доводы ответчиков о понесенных обществами расходах и получаемой ими чистой прибыли правового значения для рассмотрения дела не имеют.

С учетом изложенного, суд не соглашается с позицией ответчиков о том, что сумма полученного обществами дохода не может взыскиваться в полном объеме. Руководствуясь подп.8 п.2 ст. 35 ГК РФ, суд считает, что обращению по решению суда в доход РФ подлежит все имущество, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные источники.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 5.3 Постановления от 29 ноября 2016 г. N 26-П, по буквальному смыслу подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона N 230-ФЗ, предполагается, что имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию в целом, независимо от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных доходов.

Добросовестное соблюдение запретов не позволило бы Фургалу С.И. скрывать имущество, осуществлять предпринимательскую деятельность, управлять коммерческими структурами, используя номинальных участников и руководителей, под прикрытием участвовать в сделках и на каждом этапе сопровождать их исполнение, как это имело место в рассмотренных событиях.

Таким образом, в суде нашли подтверждение доводы истца о том, что в период нахождения во власти Фургал С.И. в нарушение антикоррупционного законодательства занимался предпринимательством, через доверенных лиц управлял коммерческими организациями, скрывая свое участие в 2008-2019 гг. в деятельности обществ – ответчиков.

Доводы ответчика Фургала С.И. и его представителя о том, что брачным договором супругов Фургала С.И. и ФИО16 определен режим личной собственности титульного собственника в отношении приобретаемого в период брака имущества, подлежат отклонению, поскольку в судебном заседании установлено, что приобретение долей ФИО16 в уставных капиталах обществ явилось результатом недобросовестного поведения и было номинальным.

Анализируя содержание приведенных доказательств, суд приходит к выводу об обоснованности утверждения истца о том, что владение, а также управление обществами-ответчиками, участие в их хозяйственной деятельности и получение обществами дохода было прямо сопряжено с нарушением Фургалом С.И. антикоррупционных запретов и ограничений, установленных для лиц, занимающих государственные должности. Таким образом, суд признает полученные обществами доходы как имущество, являющееся продуктом коррупционного поведения ответчиков.

К гражданско-правовым последствиям коррупционного поведения пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ относит возможность принудительного изъятия судом у собственника в доход государства имущества, когда им не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения законным путем.

В силу названной нормы имущество, полученное вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации и не может являться легальным объектом гражданского оборота, быть законным средством платежа, а также находиться у кого-либо на законных основаниях.

Совокупность вышеприведенного нормативного регулирования рассматриваемой сферы правоотношений является достаточной для понимания того, что коррупционно нажитое имущество изымается из оборота, а преодоление этого установления и всякие операции с ним относятся к числу недопустимых, оцениваются как легализация и преследуются по закону.

Положения пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ об обращении по решению суда в доход государства имущества, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, отсылают ко всему законодательству о противодействии коррупции, а не только к Закону № 230-ФЗ. Эта норма гражданского законодательства не содержит ограничений, позволяющих суду применять предусмотренный в ней механизм исключительно к случаям несоответствия расходов лиц, замещающих государственные должности, их доходам за определенный период.

Закон № 273-ФЗ, устанавливая гражданско-правовую ответственность за коррупционные правонарушения, также не ограничивает правоприменителя только результатами проверок соответствия расходов указанных лиц их доходам.

В этой связи положения Закона № 230-ФЗ, регламентирующие осуществление контроля за расходами и доходами должностных лиц органов власти, в том числе сроков и порядка проведения проверок, на спорные правоотношения не распространяются.

Введенный в действие пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ механизм противодействия коррупции в виде принудительного изъятия по решению суда имущества, приобретенного в нарушение антикоррупционного законодательства, является единственной мерой гражданско-правовой ответственности за совершение коррупционного правонарушения, следствием которой стало незаконное обогащение физических и юридического лиц, что, как постановил Конституционный Суд Российской Федерации, согласуется с признаваемыми на международном уровне стандартами борьбы с коррупцией.

Иное истолкование закона ведет к неоправданному исключению из сферы правового регулирования и контроля источников приобретения имущества, в отношении которого имеются объективные и не опровергнутые данные о его получении от запрещенной антикоррупционным законодательством деятельности, что противоречит принципам законности и справедливости, а также неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений, препятствует эффективному противодействию коррупции и способствует незаконному обогащению лиц, в пользу которых состоялось злоупотребление служебным положением или полномочиями (ст. 1, 3 Закона № 273).

Целенаправленное толкование ответчиками указанных нормативных актов по ограничению сферы их применения и сужению пределов полномочий органов прокуратуры не основано на законе и не отвечает задачам, которые возложены на органы прокуратуры федеральными законами от 25.12.2008 № 273 и от 17.01.1992 № 2202-1 по обеспечению верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, охраняемых законом интересов общества и государства, а также принципа неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно разъяснял о допустимости изъятия в доход государства имущества, если доказаны обстоятельства его приобретения лицом за счет незаконных действий или доходов должностного лица, за чьими расходами осуществляется контроль в соответствии с Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (Определения от 06.06.2017 № 1163-О, от 30.09.2019 № 2649-О, от 30.09.2019 № 2651-О, от 02.10.2019 № 2652-О, от 02.10.2019 № 2653-О, от 24.10.2019 № 2949-О, Постановления от 29.11.2016 № 26-П, от 09.01.2019 № 1-П).

Посредством ведения обществами-ответчиками деятельности, Фургал С.И. осуществлял предпринимательскую деятельность в своих собственных интересах, то есть имело место незаконное сращивание власти и бизнеса.

Конечной целью совершения Фургалом С.И. деяния коррупционной направленности, выразившегося в нарушении возложенных на него запретов и ограничений, являлось незаконное обогащение через получаемый обществами-ответчиками доход.

Тем самым такая мера как обращение в доход государства такого незаконного полученного дохода, полученного обществами-ответчиками за исковой период, будет адекватной реакцией государства в целях достижения цели сделать попытку обогащения таким способом бессмысленной и бесперспективной.

Управление Фургалом С.И. деятельностью обществ - ответчиков при наличии у последнего запрета на такую деятельность, указывает на то, что полученные обществами-ответчиками доходы имеют незаконный источник своего происхождения.

Принимая во внимание всю совокупность исследованных доказательств, суд приходит к окончательному выводу о владении и управлении Фургалом С.И. обществами-ответчиками в период нахождения во власти, использовании им подконтрольных ответчиков для незаконного обогащения себя и близких лиц и укрытии информации от контролирующих органов. Одновременно суд считает доказанным непосредственное участие в противоправной деятельности ответчиков-юридических лиц.

Вышеописанные действия ответчиков, как их оценивает Конституционный Суд РФ с учётом требований Конвенции ООН против коррупции, представляют собой незаконное приобретение личного состояния и наносят ущерб демократическим институтам, устойчивому развитию, национальной экономике и правопорядку, порождают серьёзные угрозы стабильности и безопасности общества, подрывают демократические и этические ценности (Постановление от 29.11.2016 № 26-П).

С учетом всех фактических обстоятельств дела, характера допущенных ответчиками нарушений закона и их последствий, продолжительности их течения во времени и значительного числа осознанно вовлеченных в них физических и юридических лиц, ясно понимавших противоправный характер своих действий и извлекавших из этого выгоду, суд считает, что установленные действия ответчиков носили антисоциальный характер, поскольку главной и согласованной их целью было прикрытие коррупции, легализация имущества, полученного коррупционным путем, ложное использование в качестве законного средства платежа, проведение фиктивных операций с запрещенным в гражданском обороте имуществом, получение дохода от посягающих на интересы общества действий, а, в итоге, поощрение коррупционного поведения и получение противоправного обогащения.

Принимая во внимание, что хозяйственная деятельность обществ-ответчиков, получение ими дохода были сопряжены с нарушением Фургалом С.И. антикоррупционных запретов и ограничений, требования прокурора о взыскании полученного в исковой период обществами дохода в доход государства в соответствии с пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ являются законными и обоснованными.

Действующее антикоррупционное законодательство не позволяло Фургалу С.И. заниматься предпринимательской деятельностью, то есть совершать все те действия, в силу которых он и подконтрольные ему юридические лица достигли запрещенного результата в виде дохода, полученного от незаконного бизнеса.

Незаконное приобретение должностными лицами личного состояния и их сращивание с бизнесом (п. 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 26-П), против которого в своем иске выступает прокурор, наносит ущерб, демократическим институтам, национальной экономики и правопорядку, порождает серьезные угрозы стабильности и безопасности общества, подрывает демократические и этические ценности, то есть наносит ущерб тем благам, которые статьями 1, 2, 8, 17 - 19, 21, 75 и др. Конституции РФ отнесены к числу фундаментальных, неотъемлемых и нематериальных.

При таких обстоятельствах суд считает законным и справедливым применение к рассмотренным правоотношениям положений пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ.

Судом установлено, что, будучи избранными на государственную должность, Фургал С.И. не принял мер по соблюдению антикоррупционных запретов, не отказался от осуществления предпринимательской деятельности и получения не предусмотренных законом доходов. Напротив, действуя в обход требований закона, самостоятельно и осознанно скрыл от государства владение обществами и источники доходов, с целью создания видимости соблюдения ограничений и введения контролирующих органов в заблуждение номинально переоформил бизнес на родственников и доверенных лиц, т.е. поставил свою деятельность вне закона и стал ее активно осуществлять в статусе депутата и губернатора.

Одновременно суд находит обоснованным и соответствующим фактическим обстоятельствам дела привлечение к гражданско-правовой ответственности за совершение актов коррупции ответчиков – юридических лиц.

В ходе разбирательства достоверно установлено, что компании Фургала С.И., их номинальные владельцы и руководители были вовлечены в коррупционную деятельность, принимали в ней активное и добровольное участие, извлекали из этого выгоды. Ответчики осознавали, что действуют недобросовестно, их поведение является запрещенной антикоррупционным законодательством деятельностью и порождает за собой акт коррупции. Однако от участия в коррупционном правонарушении не отказались, продолжили извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

Рассматривая вопрос о привлечении компаний-ответчиков к гражданско-правовой ответственности за нарушение норм законодательства о противодействии коррупции, суд отмечает, что к числу законов, за соблюдением которых осуществляют надзор органы прокуратуры, относится Закон № 273, устанавливающий принципы противодействия коррупции и возлагающий на Генерального прокурора Российской Федерации, а также подчиненных ему прокуроров функции по координации деятельности правоохранительных органов в борьбе с коррупцией, в том числе по реализации иных полномочий в области противодействия коррупции.

При этом юридически обязывающие положения Закона № 273, как следует из ст. 13, 14 этого нормативного акта, распространяются не только на лиц, замещающих должности в органах государственной и муниципальной власти, но и на физических и юридических лиц, которые в случае совершения коррупционного правонарушения привлекаются к уголовной, административной, гражданско-правовой и дисциплинарной ответственности в соответствии с законодательством.

Согласно ст. 10 Закона № 273 в коррупционных правонарушениях могут участвовать состоящие с должностным лицом органа власти в близком родстве или свойстве лица (родители, супруги, дети, братья, сестры, а также братья, сестры, родители и дети супругов и супруги детей), которые получили от исполнения им своих должностных обязанностей доход в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом. К числу выгодоприобретателей от коррупционной деятельности закон также отнес граждан и организации, которые связаны с должностным лицом, либо состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами, имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Из обозначенных нормативных положений следует, что круг физических и юридических лиц, который может быть привлечен к ответственности за совершение коррупции, не определяется в системе действующего законодательства Российской Федерации каким-либо перечнем, а напрямую зависит от факта совершения или участия в совершении тем или иным физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения.

Не содержится таких ограничений и в положениях пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, где прямо предусмотрена возможность обращения в федеральную собственность имущества, в отношении которого в соответствии с законодательством о противодействии коррупции не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы. При этом ограничение по лицам, виду и перечню взыскиваемого имущества, названная норма права не предусматривает.

Данный вывод не противоречит Закону № 230-ФЗ, поскольку этот нормативный акт реализует только одну из мер противодействия коррупции и устанавливает круг лиц, в отношении которых подразделения кадровых служб государственных, муниципальных и других структур вправе проводить контроль за их расходами и доходами. В законе не содержится перечня лиц, который подлежит привлечению к ответственности за совершение коррупционных правонарушений либо освобожден от этой ответственности.

С учетом приведенных норм общества-ответчики ООО «Алькума», ООО «Амурметалл-Ресурс», ООО «Аскольд», ООО «Восток Лом», ООО «Дальпромснаб», ООО «Митекс», ООО «Сталком», ООО «Трансконтейнергрупп», ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг» совершили самостоятельное коррупционное правонарушение, поскольку не приняли мер по предупреждению коррупции, использовали возможность получения дохода при участии Фургала С.И., его статуса и авторитета, способствовали сокрытию коррупционного актива.

        Общества-ответчики были вовлечены Фургалом С.И. в свою коррупционную деятельность, принимали в ней активное и добровольное участие, извлекали из доступа к власти преимущественное положение и выгоды. Они осознавали, что действуют недобросовестно, их поведение является запрещенной антикоррупционным законодательством деятельностью и порождает за собой ничтожные последствия. Однако, от участия в коррупционном правонарушении не отказались, продолжили извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

        Таким образом, по смыслу положений ст. 1, 10 ГК РФ своими собственными действиями они перевели свой вид деятельности и имущество из легального в нелегальное положение, в теневой сектор экономики, что несовместимо с принципами гражданского оборота и осуществления депутатской деятельности.

Исходя из того, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт совершения Фургалом С.И. коррупционного правонарушения, выразившегося в занятии предпринимательской деятельности и участия в управлении юридическими лицами вопреки установленным запретам и ограничениям, отчуждении, распределении и передачи долей в уставных капиталах обществ подконтрольным ему физическим и юридическим лицам, сращивании должностных полномочий с ведением бизнеса, результатом которого явилось получение обществами-ответчиками дохода в размере 8 596 188 705 рублей, то суд приходит к выводу о том, что указанный доход как коррупционно приобретенное имущество, законное основание для владения которым у Фургала С.И. отсутствовало, подлежит изъятию в доход Российской Федерации.

Доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности суд отклоняет ввиду следующего.

Нормативные положения об исковой давности, как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации (п. 1 постановления от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»), предназначены для защиты субъективного гражданского права конкретного лица. То есть институт давности имеет частноправовую природу и прямо предназначен для урегулирования подобных правоотношений.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда № 49-п от 31.10.2024, совершающие коррупционные деяния лица предпринимают меры по сокрытию от контролирующих органов самих нарушений и приобретенного в результате его совершения имущества. Они препятствуют проведению проверочных мероприятий и используют для этого властные полномочия, должностные иммунитеты и влияние на деятельность государственных институтов или их должностных лиц. Недобросовестное поведение лица, совершившего деяния коррупционной направленности, должно лишать это лицо оснований рассчитывать на институт давности как средство защиты противоречащих основам правопорядка интересов. Применение сроков исковой давности к антикоррупционным искам может восприниматься гражданами как отказ государства от защиты конституционного строя и демократии по истечении некоторого времени и освобождение коррупционера от последствий с сохранением его имущественного положения. Это фактически реабилитирует неправомерно нажитый капитал и приводит к поощрению коррупции, подрывает веру граждан в законность, добро и справедливость, идет вразрез с целями стабилизации гражданского оборота и защиты прав и интересов его участников. Коррупционное имущество при этом не приобретает со временем легального характера, а продолжает представлять собой неконкурентное и несправедливое преимущество, направленное против добросовестных участников рынка.

Утверждения ответчиков о том, что иск прокурора имеет материальный характер, поскольку заявленные в нем требования касаются прав на конкретное имущество, не принимаются судом. Изъятие имущества выступает правовым последствием нарушения законодательства о противодействии коррупции. Разрешение его судьбы вытекает из выводов о наличии в действиях ответчиков состава коррупционного правонарушения. При этом прокурор как истец по делу не является выгодоприобретателем изымаемых активов и не имеет материального интереса в споре. Заявленные им требования направлены на пресечение коррупционных проявлений, то есть защиту нематериальных благ.

Истолковывая обстоятельства дела иначе, ответчик пытается отождествить объект правовой защиты с изымаемым предметом, что является ошибкой и не основано на юридической природе этих заявлений.

Одновременно с этим суд учитывает установленные обстоятельства совершения ответчиком активных действий по сокрытию своего участия в предпринимательской деятельности, утаиванию имущества и доходов от декларирования, перерегистрации активов на подконтрольных лиц и иностранные компании, то есть противодействию органам контроля и проведению проверочных мероприятий. Подобное поведение, как следует из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 9-П от 14.07.2005, влечет неприменение института давности.

С учетом изложенного суд соглашается с истцом об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ответчиков о применении к спорным правоотношениям последствий пропуска срока исковой давности.

Учитывая установленные судом обстоятельства, руководствуясь приведенными выше положениями закона, суд приходит к выводу о том, что заявленные прокурором исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При этом суд полагает необходимым отметить, что решение об удовлетворении иска относится к особым правовым мерам, направленным на предупреждение незаконного обогащения лиц, осуществляющих публичные функции, связанных с ними юридических и физических лиц, и тем самым на эффективное противодействие коррупции, отвечает предназначению правового регулирования в указанной сфере, по защите конституционно значимых ценностей, и не нарушает баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов ответчиков.

В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчиков солидарно подлежит взысканию государственная пошлина в размере 60 000 руб..

руководствуясь положениями ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд -

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Генеральной прокуратуры Российской Федерации в интересах Российской Федерации    удовлетворить.

Взыскать солидарно с Фургала Сергея Ивановича, паспорт №, ООО «Алькума», ИНН №, ООО «Амурметалл-Ресурс», ИНН №, ООО «Аскольд», ИНН №, ООО «Восток Лом», ИНН №, ООО «Дальпромснаб», ИНН №, ООО «Митекс», ИНН №, ООО «Сталком», ИНН №, ООО «Трансконтейнергрупп», ИНН №, ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ИНН №, в доход Российской Федерации 8 596 188 705 рублей.

Взыскать солидарно с Фургала Сергея Ивановича, паспорт №, ООО «Алькума», ИНН №, ООО «Амурметалл-Ресурс», ИНН №, ООО «Аскольд», ИНН №, ООО «Восток Лом», ИНН №, ООО «Дальпромснаб», ИНН №, ООО «Митекс», ИНН №, ООО «Сталком», ИНН №, ООО «Трансконтейнергрупп», ИНН №, ООО «Производственная компания «Хабаровскметаллторг», ИНН №, государственную пошлину в доход муниципального образования «Городской округ «Город Хабаровск» в размере 60 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Хабаровский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Хабаровска.

Судья                                     Н.А. Бондаренко

Решение в окончательной форме изготовлено 09 января 2025 года.